Роберт О'брайен

– Почему ты меня не отпускаешь в город, к обычной жизни, ведь сам говорил, что у каждого есть выбор?

– Это не твой выбор. Это твой мозг хочет обычную жизнь, правда ему не интересна. Ты адаптируешься.

С тех пор, как Билл пребывает здесь, прошло несколько дней. Раньше они жили обычной жизнью. Потом отец как-то нашел это племя. Мы были вынуждены перебраться, но потом поняли, что всё здесь совсем иначе.

Мама пыталась сбежать с Биллом, но не получалось. Вскоре у мамы развился сильный кашель, и через 2 дня она умерла.

Ночью Билл уже собрался сбегать. Они с отцом жили в небольшом доме. Аккуратно выйдя на улицу, Билл нашел путь, в котором убежал Майк, когда немного следил за ним.

С Биллом была небольшая бутылка воды и много цветов в карманах. Если что, то просто их съест и не будет все это терпеть, ведь ему далеко до «осознанности». Дорога, которой не было была запутанной, очень странной. Постоянно мысли не о том.

Билл шел довольно долго, дороги не было.

В любом случае, Билл уже начал есть цветы. На вкус они как мармелад, но намного вкуснее, не то, что слаще. Раньше он их никогда не пробовал. Лёжа на спине в лесу, он уже знал, что сейчас умрет. Но через пять минут с ним все было в порядке.

«Хм, а что, если я просто герой какого-то нелепого фильма, и мне суждено выжить, потому что иначе фильм был бы неинтересным?», подумал Билл, «похоже, да.

2 глава

Биллу было уже плевать, что скажет отец. Дорога была мучительно долгой, лишённой всякой жизни. Очередной раз проходя через поляну, Билл увидел странное чёрное пятно. Нет, не может быть!

На поляне с огромным порезом вдоль шеи лежал отец Билла. В левой руке лежал кровавый нож. Зачем? «Это тоже осознанный поступок?», думал Билл, «это все невероятно странно.

– Ужас, Билл, что с ним случилось? – спросила обеспокоенно Нэнси Линтон, которая никогда эмоциональностью не отличалась, как заметил Билл.

– Катарсис, нирвана, может. Но все было сделано осознанно. – Билл пытался соответствовать их поведению.

– Он был хорошим человеком, многому нас научил. – она смотрела на Билла. Девушка лет 30 выглядела ужасно болезненно, хоть и никогда не отличалась здоровьем.