Иллюзия вторая. Перелом

Моё тело медленно сползло по стенке, на которую до этого опиралось, перегруженное счастьем и радостью, а насколько мне известно – это одна из самых тяжелых человеческих нош (если, конечно, относиться к этому серьезно) – оно, судорожно открывая и закрывая рот, только и смогло произнести:

– Агафья Тихоновна… Вы… Артак… И вы… Здравствуйте… Здравствуйте…

Более всего сам себе я напоминал рыбу, выброшенную на сухой берег и конвульсивно, надрывисто, надсадно, беспокойно и нервически алчущую мокрой, живой воды.

– Конечно, а кто же ещё, – голос выпрыгнул из моей головы и материализовался в дракона – совсем небольшого, размером всего лишь в один лестничный пролет.

Он ласково дул на мою ногу, сдувая оставшуюся там боль, а акула уже держала в плавнике шприц, наполненный прозрачной жидкостью.

– Здравствуйте, здравствуйте! – весело произнесла она, одновременно проверяя все ли в порядке с иглой.

– Здравствуй, – тихо произнёс Артак и посмотрел мне прямо в глаза своим пристальным и немигающим взглядом рептилии, развеивая в пространстве остатки моей боли, – здравствуй, конечно же, здравствуй, – его глаза с вертикальным зрачком цвета Солнца проникали внутрь моего тела и щедро одаривали столь необходимой мне сейчас силой.

Кроме силы, взгляд дракона нёс какую-то волшебную, непостижимую человеческим умом, а значит – чудесную, магическую, колдовскую уверенность.

В сладостном и счастливом, но, все-таки, недоумении, в изрядной доле смешанном с восторгом от созерцания столь дорогих мне персонажей я крутил головой не в силах решить на ком остановить свой взгляд и кого обласкать вначале.

Совершенно случайно, зацепившись глазами за часы на своей руке, я отметил, что часы, казалось, ожили, и большая стрелка застыла за мгновение до того как показать двенадцать, а маленькая – почти приклеившись к большой – прыгнула на десятку.

Часы показывали последнее мгновение до десяти часов утра – не минуту, не секунду, а одно лишь мгновение до…

Часы зафиксировали его в пространстве и уже они оба застыли в неподвижности – и часы, с их мгновениями, и пространство – с событиями в нём…

Чувствуя себя совсем сумасшедшим, я перевел взгляд на шприц, который держала в своих плавниках Агафья Тихоновна.

– Метамизол натрия, – сказала она улыбаясь, – всего лишь метамизол натрия! Ну или анальгин – это одно и то же. И он вам поможет. По крайней мере, должен помочь, – добавила она хитро прищурившись и рассмеялась, – хотя и всего лишь на какое-то время, конечно.