Иллюзия вторая. Перелом

Чего угодно, кроме одного, что действительно может вызывать жажду – и это что-то – отсутствие воды.

Тут же, совсем рядом, были достоинство и благородство, искренность и верность, неподкупность и прямодушие. Все они стояли прижавшись к друг дружке, открытые, но не востребованные полностью, и с завистью поглядывали на мешок с любовью – пустой и свободный. Наверное, им тоже хотелось точно так же как и она, раствориться в пространстве, слиться с ним воедино, наполниться его светом и теплом – а значит – наполниться и самой жизнью.

Мешок с жадностью и скупостью был закрыт и туго завязан, а рядом с ним стояла бережливость, которая охраняла подступы к этому мешку, но одновременно с этим пыталась проделать дырочку в прочной, ладно сшитой мешковине чтобы выпустить жадность наружу. Мелочность и прижимистость, корыстолюбие и меркантильность, крохоборство, как могли, спустя свои рукава, помогали бережливости, однако, пока безуспешно. Они были маленькие, слабые, они тянули мешок с жадностью в разные стороны и никак не могли его развязать.

Их приспущенные рукава также не способствовали процессу. Однако, их было много и, кто знает, если им удастся объединить усилия, возможно, когда-нибудь жадность будет выпущена наружу.

Кроме них мешок с жадностью окружали небольшие, но полные мешочки с трусостью и предательством, с малодушием, с робостью и нерешительностью, с ложью и вероломством, с хитростью и коварством. С подлостью, которая всегда где-то рядом и только и ждёт своего часа чтоб выстрелить на поражение.

И если оставить её бесконтрольной – ей это вполне удастся.

Агафья Тихоновна вопросительно посмотрела на Артака.

– Что они тут делают?

Артак едва заметно кивнул.

– Стоят. Ждут своего часа.

– Но это же не действия! А если и действия, то вредные и никому не нужные.

– Вы так думаете? – дракон усмехнулся чему-то про себя.

Агафья Тихоновна, заметив, что свет направился в эту сторону тьмы, вскочила на хвост, намереваясь оттащить ненужные и даже вредные по её мнению мешки в сторону, спрятать их от световых лучей.

Акула думала что, тем самым, она избавит владельца этого мира от того, что они хранили, защитит его от их темного содержания.

Дракон, не поворачивая головы, остановил её одним движением лапы.

– Не надо, – только и произнес он, – не надо этого делать…

– Но почему? – акула вновь округлила глаза.