Иллюзия вторая. Перелом

Труд чужой лошади не поможет тебе твёрдо стоять на своих ногах…

Так и отражение света, как и любой человек, пропускающий сквозь себя целую Вселенную, и именно этим пропусканием изменяющий эту самую целую и цельную Вселенную – отражение несло в себе немного искажённую, но все ещё живую и трепетную картинку настоящего и правдивого.

Картинку истины – картинку того, что было, а если выражаться точнее – того что есть.

И если не лениться, если приложить немного усилий, если потратить определённое количество труда, если копнуть поглубже – то обязательно докопаешься до самого изначального, докопаешься до того полотна, на которое умелым художником по имени природа нанесены все краски человеческого восприятия.

Докопаешься и до пресловутого Источника, который присутствует в каждом из нас. В каждом из нас, как в каждом зеркальном осколке, способном отразить самый простой, но от этого не менее волшебный луч света.

Волшебство так близко. Руку протяни и схватишь. Глаза раскрой и заметишь. Хорошенько подумай и найдёшь.

Найдёшь его прямо в себе. Никуда и ходить не надо.

Дракон на мгновение закрыл глаза и вдруг недовольно зарычал и схватился лапами за голову.

– Что? Что случилось? Что с вами? – Агафья Тихоновна замерла с фонарём в плавнике и с испугом наблюдала за Артаком.

– Мысли… Мои мысли… Всё смешалось… – дракон замотал головой, но спустя мгновение открыл глаза и без признаков даже самого малейшего страха посмотрел прямо на акулу, – я думаю что свет от костра, отразившись от осколков, вернул ему, – Артак показал лапой куда-то вверх, – вернул ему часть сознания, и это неизбежно отразилось на его собственных мыслях, а значит – отразилось и на мне.

Артак попробовал улыбнуться, но улыбка ему не вполне удалась.

Осколочный свет при этом, как бы освещенный улыбкой дракона, приобрел какую-то общую направленность, и на один маленький, на один малюсенький шаг, но приблизился к порядку. Это не прошло незамеченным для Артака, и он, улыбаясь, всё ещё с трудом, но уже шире, живее, превозмогая головную и мысленную боль, вскочил на лапы и громко, в голос, засмеялся.