Оборотень

Короткая стрижка подчеркивала хищные карие глаза, в дополнение к которым, на безупречно выбритом лице, шла будто вечная от природы ухмылка. Сказать, что у отца с братом разница в пять лет просто-напросто язык бы не повернулся – если Константин выглядел как раз на свои сорок шесть, то Антону навскидку можно было дать не больше тридцати. Витя поймал себя на мысли, что очень хотел бы выглядеть так же в таком возрасте.

– Батюшки, Кость, Маша что, завела любовника? – воскликнул Антон, осматривая племянника. – Я не узнаю этого мужчину!

– Здравствуйте, – вежливо улыбнулся Витя.

– Племяш, оставь эти формальности, со мной можно и на «ты», – подмигнул Вите Антон, ставя на пол сумки с продуктами. – Фух, ну вот я и дома.

– Помнишь еще, где у нас тут чего? – спросил у брата Константин.

– Конечно, Кость, забудешь тут, – ответил Антон, снимая начищенные до блеска ботинки и аккуратно ставя их в угол. – Ну что, Вить, рассказывай, как ты тут живешь? Чем занимаешься?

– Да нечего рассказывать, по сути, – пожал плечами Витя.

– Ну, это мне твой отец уже рассказывал, – припомнил Антон, наконец-то сняв всю уличную одежду и внимательно осматриваясь по сторонам. – Я имею в виду – хобби там, все в этом духе?

– Читаю, стихи пишу, – перечислил Витя. – Дядя Дима, крестный мой, вы должны быть знакомы, издаться на днях помог.

– Да ну? – удивился Антон. – Димон сделал что-то полезное? Удивительно. Я думал, что его высшее достижение – то, что он съездил один раз как-то за границу.

– Так-то не один, – поправил его Константин. – И, хочу сказать, тебе стоило бы у него поучиться некоторым вещам. Что-то я не припоминаю, чтобы ты, например, бросил все свои дела в Москве и помог бы нам здесь обустроиться. А Дима ради этого даже место жительства сменил. И Витю он очень ценит и любит, так что твои язвительные комментарии не уместны.

Витя почувствовал гордость за отца. Ему было очень обидно слышать от Антона такие слова про дядю Диму, так что он был рад, что его поставили на место.

– Пф, да на здоровье, – отмахнулся Антон. – Великий подвиг – переехать, грубо говоря, в соседний район. Ой, Мах, привет! Хорошеешь с каждым годом!

Мария, которая только вышла в коридор, смотрела на гостя с не особо скрываемым презрением:

– Привет, Антон. Как доехал?

– С переменным успехом, – явно не обращая внимания на интонацию своей снохи, ответил он.