Оборотень

 – Знаешь, складывается ощущение, будто мне это нужно больше, чем тебе. Еще скажи, что я зря вчера терпел высокомерие этого сыча.

– Да блин, нет, – улыбнулся Витя. – Я очень ценю твою помощь, и я даже не знаю ни одного в мире человека, которому я был бы так благодарен, как тебе. Просто, ну, ты сам вчера говорил, что если существуют оборотни, то это не значит, что реально теперь все. А тут, сам посуди, магические обряды, переселение душ… Тебе не кажется, что это слишком?

Сережа хоть и пытался искренне надуться, но все же понял, что ему это не удастся.

– Ладно, – признал он. – Возможно, ты и прав. Меня действительно немного понесло не туда. Посмотрим тогда на физре, что там нам Гриша приготовил. Будем методом взаимоисключения собирать мифы об оборотнях в одно целое и, опираясь на исходные данные, вычислять, что правда, а что ложь. Сорока минут нам, конечно, не хватит, но…

– Эммм, Серег, – перебил того Витя, который только что сообразил, что так и не удосужился посвятить его в свои спортивные планы.

 – Мы можем слегка отложить исследования?

– Чего? – Сережа посмотрел на Витю, будто тот сейчас как минимум оскорбил кого-то из его родственников. – В смысле отложить? Что может быть важнее этого?

– Ну, тут такое дело… Я вчера с Лехой говорил… Он обещал замолвить за меня словечко перед Петровичем… Я хочу попробовать себя в футболе.

Сережа в гробовой тишине попытался осознать только что услышанное.

Витя ожидал, что он опять рассмеется, но тот остался на удивление серьезным.

– Ты что, шутишь что ли? – хмуро спросил он. – Футбол? Как у тебя, блин, с головой? Совсем тебе вот, смотрю, нечего делать.

– Послушай, мне надоело, что меня все воспринимают, как просто… Просто Витю. Я хочу, чтобы школа меня запомнила и запомнила не по укусу. А по чему-то большему. Тому, чего я достигну сам.

– Да, например поступлением на бюджет в лучший медицинский ВУЗ столицы нашей Родины, – предложил Сережа один из вариантов.

 – Ты кого обмануть-то пытаешься? Я тебя слишком хорошо знаю – тебе плевать на мнение большинства. И славы ты никогда не искал. Ты по-прежнему, как самый большой и упертый баран на свете, пытаешься произвести впечатление на Настеньку. Боже, Витя, я думал, что ты поумнел!

– Даже если и так, то что с того? – поднапрягся Витя. Сережин тон ему совершенно не понравился.