Звездный наследник

По внешнему виду она ничем не отличалась от стандартных двухместных звездолетов – все тот же уплощенный корпус типа «амеба», все те же серебристые плоскости из стандартного сверхпрочного сплава, тупой, чуточку задранный нос, дюзы для маневрирования вне режима «быстрого» перемещения…

В университете нас, гуманитариев, довольно рьяно натаскивали на практическое освоение управления разными видами космических аппаратов. Потому что знали: настоящий журналист при первой возможности заимеет собственный звездолет, чтобы забыть, как страшный сон, пассажирские «тихоходы».

Мобильность и оперативность – вот основа успеха настоящего профессионала, а их может обеспечить только личное средство передвижения, это в нас вдалбливали тоже.

Так что в технике я разбирался на уровне грамотного пользователя, и папин звездолет меня нисколько не испугал.

Я нашел на стойке шасси пульт управления «вход-выход», включил внутреннее освещение, открыл нижний люк и проник в звездолет. После внешнего осмотра, который ничем меня не поразил, вряд ли я ожидал увидеть что-то необычное внутри.

И я, действительно, поначалу не нашел для себя ничего интересного.

Все было до боли знакомо – уютный полукруглый зал с креслами для пилотов на носу корабля, встроенные в стены мониторы и различные пульты, две двери – в бытовое и служебное помещение, вход в отсек ходовой части…

И только потоптавшись на месте пару минут, когда я в третий раз заставил себя оглядеть каждую деталь интерьера, а потом охватил взором все помещение разом, я начал понимать, что здорово ошибаюсь.

Этот звездолет был мне незнаком.

Я, точно, никогда такого не видел.

Зал, несмотря на идеальное сходство интерьера со стандартным интерьером обычного звездолета, имел площадь, раза в полтора меньшую, чем предписывалось Сводом технических параметров космических летательных аппаратов. За серебристыми переборками, следовательно, скрывалось н е ч т о. Та самая «штука», о которой говорил отец. И еще. Ни одна клавиша ни на одном пульте не имела опознавательного знака или надписи.

А это при отсутствии документации делало даже поверхностное ознакомление с управлением звездолетом невозможным.

Я теперь уже с опаской пересек зал и подошел к раздвижным дверям технического отсека. При моем приближении они открылись. Я настороженно остановился на пороге, и не зря. Дальше хода не было. Герметичные массивные кубы, заключающие в себе рабочую часть двигателя, были смонтированы прямо у дверей, а не в глубине отсека, как полагалось.