Ушкуйник

Он словно муравей: несмотря на свой малый рост, без проблем мог поднять даже меня, при этом сам весил не больше двадцати килограммов. Тем временем, со стороны пассажирского отделения продолжали нестись скрежет металла и отчаянные крики перепуганных людей. Первой идеей было пойти в салон, но я её быстро откинул и рванул к боковой двери, ведущей на боковой борт. Выскочив, я опешил от увиденного. На борту стоял чудовище нескромных размеров: лев с огромной гривой, к мускулистому телу которого крепились не маленькие крылья, и почему-то с головой орла.

Он уже наполовину залез в салон, глубже мешали крылья, которые он не догадался сложить, а они упирались в перегородку, не давая ему глубже залезть. Удаляющийся, полный отчаяния крик заставил меня на мгновение посмотреть в сторону. Другой собрат этого чуда юда улетал, неся в лапах кого-то из моих пассажиров. Ему уже явно ничем не помочь, даже если случится чудо, и я птицу собью, то приземление явно будет фатальным для него. Раз так, то надо шугануть ту, что еще может тут на бедокурить, а лучше замочить.

Подскочив практически вплотную, поднырнул под крыло и, прислонив свой обрез сзади под нижней частью челюсти, или правильнее сказать клюва, направил его к макушке и разрядил ствол. В ту же секунду я отскочил на безопасное расстояние, затем раздался звериный рык, и три волчьи тушки, словно по сигналу, бросились на этого зверя, стремясь закончить начатое мной. С секундной задержкой к ним присоединился белый волчонок. Правда, этот волчонок стал размером с хорошего кавказца.

Монстр яростно издавал клекот и быстро осознал, явно раскаявшись в нападении на мою летающую шаланду. Пытаясь выбраться изо всех сил, но на лапах и глотке уже висели мои хищники и тянули в противоположную сторону, не забывая глотку ему дорывать. Долгие пару минут сопротивления, затем из салона послышались несколько выстрелов, и зверь пару раз дергнулся и окончательно повис мертвой тушкой. Убедившись, что больше никого вроде на горизонте нет, второй грифон улетел куда-то за деревья вместе со своей добычей, а других сородичей не наблюдалось в пределах видимости.

– Бык! Ты его уложил? – раздался чей-то испуганный голос.

– Добил! – спокойно ответил он. – Где второй?

– Улетел, но может и вернуться! – произнес я, разглядывая горизонт.

– Почему охрану не выставил? Из-за тебя человек погиб! – бросил Бык угрожающим голосом.

– Нихрена себе бабки пляшут. – опешил я от такого наезда.