Ты не воскреснешь

Мы вытряхнулись из душной жестянки, тут же укатившей прочь, похватали свои пожитки и всей толпой лениво потащились, шаркая по криво уложенным бетонным плитам с пробивающейся через швы сухенькой травкой, в указанную нам казарму, переделанную, судя по внешнему виду, из приспособленного для этой цели бэушного куонсетского ангара[10 - Ангар полуцилиндрической формы из гофрированного железа, первые строения такого типа были собраны ВМС США в 1941 в местечке Квонсет-Пойнт.] из оцинкованной жести. По периметру шлялись вооруженные люди в штатском, упакованные в плэйткэрриеры «Кондор Сентри[11 - Облегченная версия бронежилета компании Condor.

]» песочного цвета.

Народу на обозримой территории ошивалось вроде бы и немного, но было заметно, что за периметром тщательно секли. И сколько еще народу пряталось от солнца в бараках, раскиданных по бетонной площадке полигона, на тот момент можно было лишь догадываться.

И тут мне стало интересно, кто сечет за периметром. Кто-то из нас, или приглашенные приглашенные только для этой цели специалисты со стороны.

У меня невольно появилось ощущение, что я сам позволил привезти себя в концлагерь.

– Скажи мне, если я параноик, – я кивнул шагающему рядом со мной Илье в сторону одного из «броненосцев».

Илья выкинул из уха одну из «затычек», задумчиво проводил взглядом удаляющегося охранника и ничего не ответил. Он постепенно становился все мрачнее. И явно не от последствий перелета и духоты. Видно было, что теперь и он не особенно рад тому, что ввязался в это дело.

***

Спустя неполные сутки тупого сидения на жестких раскладных койках и вынужденного безделья нас набралось уже пять с небольшим хреном десятков человек, собранных изо всех уголков третьего мира.

Честно сказать, кучковавшиеся вокруг нас парни были далеко не первой свежести. В большинстве своем они с натяжкой годились в деревенские вышибалы. А некоторые вообще выглядели так, будто на первом же маршброске склеят ласты от обострения геморроя. Нормальных пехотинцев с боевым опытом, на первый взгляд, набиралось едва с десяток-полтора.

Одним словом – сброд из тех, кто не смог попасть на постоянный контракт к частникам. Собственно, как и я сам. Дешевые шлюхи-индивидуалы, которые дежурят на трассах в надежде подцепить клиента пожирнее и не подохнуть между делом в придорожной канаве. Лучшие, мать их, из худших.

Хорошо было только то, что мы более-менее понимали друг друга. Многие бегло говорили по-русски, по-английски или, на худой конец, по-немецки.