Книги про волшебников и волшебство

Теперь никто не стоял за его спиной, никто не теребил, не подгонял, и всё, что произошло с ним сегодня – напоминало прекрасный сон в весеннем саду. Взгляд его притягивал пустой балкон в доме напротив. Лёгкая штора на двери качалась от ветра, а шумные воробьи сгоняли друг дружку с поручней.

Он вернулся в номер, прилёг прямо на покрывало нерастеленной кровати и закрыл глаза. Однако сон не шёл к нему: слишком велико было напряжение дня. С каждой минутой нетерпение всё больше охватывало его. Тогда Антон вскочил и раскрыл скрипичный футляр.

Его пальцы прикоснулись к струнам. Музыкант вдруг понял, что если сегодня… нет! прямо сейчас! не увидит Марию, – жизнь его оборвётся, как скрипичная струна. Он захлопнул футляр, и вместе с ним решительно направился к двери. Но тут же остановился. Ни к чему, чтобы Гостинщик знал про это…

Спустя минуту, словно акробат, он спустился в сад через балкон. Скрипичный футляр висел на плече. Спрыгнув в траву, Антон осторожно стал приближаться к дому мэра.

И вдруг рванулся вперёд.

С балкона напротив, по привязанной к перилам верёвке, спускалась Мария. Она заметила его, расцепила руки и легко упала в объятья вовремя подоспевшего музыканта.

– Привет!.. – улыбнулась девушка.

Он молча держал её на руках.

– Здравствуй! – серьёзно повторила она, смутилась и попыталась высвободиться.

Антон продолжал стоять, не шелохнувшись, а она тихо смеялась, вся наполненная счастьем, как музыкой.

– Ты так ничего не сыграешь!.

.

Он нехотя опустил девушку на траву, раскрыл футляр.

Ещё не взмахнул смычок, ещё не запела скрипка, а для Марии уже не существовало ничего вокруг: ни сумрака сада, ни дома, ни отца, ни князя – только её Музыкант! И в этой отстраненности от всего реального, в очерченном Желанием круге, в саду Воображения – проросла его Мелодия!

Она уносила в небеса, низвергалась водопадом, била живым ключом родника, падала дождём, свистела ветром по крыше, светилась далёкой звездой, пылала костром на лугу, плавно текла рекой, кричала раненой птицей, билась бабочкой в стекло, и вновь взлетала под облака!

Её слышали все в городе, и на сердце становилось спокойней.

Её слышал Снегирь и радовался за друга.

«Такой талант! – думал про скрипача мэр, укладываясь спать. – Но какое же это безрассудство – разбазаривать его налево и направо!.. Нет, Искусство нужно продавать… – убеждённо сказал он себе. – И за очень большие деньги!..