Станция «Гермес»

– Пройдемте с нами, – строго пригласила дама.

Он непонимающе глянул, пожал плечами. Его привели в кабинет, где их встретил пожилой седоватый мужчина, с виду начальник. В руке он держал документы.

– Присаживайтесь, – буркнул он. – Откуда у вас эти бумаги, Антон, э-ээ… Вячеславович?

– Я купил дом с участком, – пояснил он, все еще не понимая, что случилось. Медленно, страшно, в него вползала тревога. – Это документы на дом, хочу зарегистрировать. Что не так? – Краем глаза он заметил, что дама в брючном костюме сверлит его убийственным взглядом.

 – В чем проблема-то?

– Дело в том, что никаких документов у вас нет, – сказал мужчина. – Непонятно? Эти бумажки можете на гвоздик в деревенский туалет повесить. Еще можно бутерброды заворачивать. Грубая, некачественная подделка.

У Антона поплыло перед глазами.

– Я только сейчас… нотариус… она же..

– Полиция разберется! – неожиданно гаркнула дама.

– Не пугайте человека, Лилия Викентьевна, – вступился мужчина. – Ему и так несладко придется. А полицию я уже вызвал.

Сейчас подъедут из органов дознания, вот им все подробности и расскажете – откуда у нас в Мелогорске такие нотариусы и где их искать. – И, понизив голос, добавил сочувственно: – Как же тебя угораздило, парень? Они же тебя как пацана развели…

Глава 2. Найти и уничтожить

Сразу после этого он неожиданно оказался в полицейском сериале. Молчаливые люди с жесткими глазами сопровождали его по коридорам местной Петровки-38. Он подписывал какие-то заявления, отвечал на вопросы, безоговорочно делал все, что от него требовали, пока его водили из кабинета в кабинет, как медведя на ярмарке.

Здесь он услышал много новых казенных выражений.

Фальшивые документы, которые Антону предлагалось повесить на гвоздик в туалете, теперь назывались вещдоками, а сам он – пострадавшим в деле хищения денежных средств путем обмана и злоупотребления доверием, включающим представление подложных документов и иных действий, создающих у названного лица ошибочное представление об основаниях перехода денежных средств во владение виновного и порождающих у него иллюзию законности передачи таковых денежных средств.

Эта юридическая галиматья действовала на его мозг отупляюще. Поэтому в особо тяжелых случаях Антон отключался, реагируя только на ключевые слова.

– Арест? – встрепенулся он. – Вы их арестовали?!

– Это имя такое – Орест, – пояснил ему его собеседник. – Я уже несколько раз пытаюсь вам представиться, а вы что-то совсем раскисли.