Страж

– Что происходит? Кого судят? – спрашивали прохожие, неосведомлённые об особенностях предстоящего процесса.

– Да ты что же, не слышал? – искренне удивлялись более сведущие горожане, – судят разбойника, который третьего дня напал на городскую стражу. И поговаривают…, – рассказчик переходил на шёпот, – отправил троих на небеса!

– Да что вы такое несёте! – возмущался ещё более «осведомлённый» (ему-то всё рассказал его родственник. А он, чтоб вы знали, как раз тот самый стражник, который участвовал в схватке с разбойником).

– Сам ты сорока, пустомеля! – смеялась толпа, – знаем мы твоих стражников: жрут да спят! Защитнички!

– А ты иди и скажи это их капитану! – ехидно отвечал «родственник» стражника, героически ставшего на пути зловещих планов «разбойника». – Что? Струсил? Ха-ха-ха! – смеялся он хрипло, – ну и храбрец!

– Ну на тебя-то храбрости хватит! – басил какой-то здоровенный мужик (судя по виду – кузнец), потрясая огромным кулаком, – зубы тебе пересчитаю!

Напряжение нарастало, и перепалка из словесной вот-вот грозила перерасти в самую что ни на есть настоящую.

– Дорогу! – закричал кто-то сзади, и толпа интуитивно начала расступаться, не забывая, впрочем, с интересом оглядываться.

– Расступись, кому говорю! – кричал стражник, расчищая путь пинками и затрещинами в адрес нерасторопной публики.

Толпа, разом позабыв неурядицы, неожиданно смолкла и с интересом рассматривала шествие: два стражника впереди с обнаженными мечами, два позади – с копьями наперевес, в центре, звеня цепями, шёл он – преступник! Разорванная местами одежда, запёкшаяся на затылке кровь и скованные кандалами руки и ноги (обычно обходились верёвкой) свидетельствовали о том, что все слухи о нападении на городскую стражу – чистая правда, ну или по крайней мере – большей её частью.

Подталкивая подсудимого копьями ко входу, процессия скрылась внутри здания суда.

– Расходимся! – выкрикнул стражник, появившийся в дверях, – заседание закрытое!

– Почему это закрытое?! – возмутился кто-то.

– Тебя не спросили…, – огрызнулся стражник, захлопывая двери прямо перед носом недовольной публики.