Источник

Но самое главное, чего он, сколько не старался, так и не смог принять, так это убеждения, разделяемого всеми основателями эксперимента, полагавшими, что создаваемая ими реальность действительно реальна, то есть существует независимо от исследователей в параллельных потоках времени. Для него обе серии были всего лишь научно-техническим миражом, сотворенным на потребу неведомым целям. Ну как, скажите, можно было уверовать в действительность того, что сразу по прошествии кажется всего лишь сном. Всего лишь сном?! А разве эта комната, этот институт, да и вообще вся эта здешняя жизнь, в подлинности которой сейчас он не смеет усомниться, не представлялись ему еще сегодня утром (неужели сегодня утром?) всего лишь сновидением, жутким, но притягательным?

Дверь ввалилась вовнутрь так, словно на ней отрабатывали приемы боевых искусств, и в ярко освещенном проеме (электричества здесь не экономили) прорисовался черный точеный силуэт Франсуазы.

– Сидишь в темноте и потихонечку пугаешь начальство? – донесся до него, как из другого мира, ее бархатный голос.

Говоря так, она не спеша прошла через комнату и остановилась в двух шагах от стола, глядя на Ивара со странным любопытством:

– Ну, здравствуй, давно не виделись, – в голосе ее звучали легкая грусть и непонятная усмешка. Ивар смотрел на нее, не произнося в ответ ни единого слова, ибо вопреки здравому смыслу и умным логическим построениям, в истинности которых он уже успел себя убедить, сейчас он чувствовал, что действительно давным-давно не видел эту женщину, которая в той, другой жизни (или во сне?) была прочно отделена от него временем и расстоянием.

– Давай закончим на сегодня с работой, все уже давно по домам разбежались, даже зануда Морис ушел, – произнесла она, резко меняя тон. – Пойдем лучше в мою конуру кофе пить, а если чего покрепче хочешь, то я Анжелке свистну, у нее всегда коньячок найдется.

«Все как тогда», – с отчаянной радостью подумал Ивар. Его рука нащупала шоколадку, оставленную Ингой, и спрятала ее в наружный карман пиджака. Он резко поднялся и, изо всех сил стараясь не спешить, пошел за Франсуазой, призрачно маячившей впереди. У дверей своей комнаты она остановилась и, когда Ивар приблизился к ней, еле слышно прошептала:

– А теперь расскажи мне, как ты жил без меня все эти годы. И, пожалуйста, не торопись.

Ужинала Марго в одиночестве.