Судья

Никогда девушка еще не была так одинока. Она совершила роковую ошибку, расставшись с Бубновым. Выяснилось, что все ее друзья – друзья Ильи. И с сучкой Нестеровой они дружили, пока Илья рядом. В эти месяцы Инна получила десятки SMS и звонков, где бывшие друзья поносили ее и обещали отомстить. Инна отключила телефон. Ее словно выбросили на околоземную орбиту – никаких контактов с внешним миром. «Друзья семьи» и партнеры дяди тоже не интересовались ее судьбой – Инна еще не вступила во владение миллионами Нестерова.

Нужно подождать, пока с нее снимут подозрение в убийстве, а деньги потекут на банковский счет. Тогда у нее вновь появятся друзья.

Но больше всего Инна боялась того, кто преследовал ее.

Она постоянно чувствовала затылком Его взгляд. Дома, в машине, в очереди в магазине. Инна знала, что нельзя выдавать себя. Два раза она не удержалась и обернулась, ожидая углядеть в толпе клочок черного капюшона. Но никого не увидела.

Инна зашторила все окна. Жила в полумраке. Дверь и ворота на сигнализации, но девушка не была уверена, что Его можно остановить этим.

Но ей было жизненно необходимо поведать кому-то о своих страхах. Литры алкоголя, которые она вливала в себя, не помогали.

И потому она в первый миг обрадовалась, когда услышала за спиной неуверенный хриплый голос Павла:

– Инна.

Она обернулась. Инна стояла во дворе особняка, Павел – снаружи. Их разделяла решетка ворот.

Вид его необычайно тронул сердце Инны, израненное одиночеством и иглами страха.

Его и без того усталое лицо за зиму осунулось и заросло щетиной. Глаза горят болезненным огнем безумного желания, которое невозможно тут же воплотить в жизнь. Плечи согнуты под невидимой ношей.

– Привет.

– Боже, что с тобой?

Павел усмехнулся.

– Видок у меня не ахти, да?

– Зачем ты пришел?

– На тебя посмотреть.

– Посмотрел? Теперь уходи. Мы с тобой не пара.

Павел вздрогнул.

– Я знаю, почему ты прогоняешь меня, – сказал он, впиваясь взглядом в ее лицо. – Знаешь, что самое смешное? Ты меня всю жизнь ждала.

А вот он я. И ты меня прогоняешь. Я понимаю, ты разочарована.

– Ты не в себе, Павел, – Инна отвернулась.

– Стой! Не смей уходить! Смотри мне в глаза.

Инна, против желания, обернулась. Павел поймал ее взгляд, и уже не отпускал. Он возбужденно заговорил, вцепившись руками в прутья решетки.

– Думаешь, я не знаю, что не имею прав на тебя? И что? Что прикажешь мне делать? Сдаться?

Он замолк, тяжело дыша.