О том, что было, о том, что не было и о том, что могло быть

– Привет! Надеюсь, не разбудила? – голос Марины звучал обнадеживающе.

– Ну что ты…

– А я все ждала, ждала… У меня между прочим вечер свободный…

Андрей мысленно выругался так, что портфель даже крякнул. Наверное, никто и никогда не поверил бы в то, что происходило с ним.

– Нет, сегодня не могу, занят.

– А на следующей неделе?

– На следующей? – Андрей по привычке прикрыл трубку ладонью и повернулся к портфелю. Впрочем, он мог бы и не поворачиваться. Голос, казалось, прозвучал в самом мозгу: «Может да, а может нет.

– Знаешь, Маринуша, – промямлил Андрей, – наверное, всю неделю занят буду. Похоже, что не получится.

– Ну, как знаешь. – голос Марины резко охладел. – Пока.

Повесив трубку, Андрей повернулся к пришельцу, чтобы высказать все, что он о нем думает, но внезапно с ужасом обнаружил, что не может произнести ни слова.

– Так-то лучше, – наставительно заметил тот. – Понял теперь, что я могу? И не возникай.

В семь вечера Андрей был на Астрономической улице. Следуя мысленным указаниям, он разыскал какую-то обшарпанную дверь и вручил вышедшим из-за нее людям деньги и документы, оказавшиеся в портфеле.

По возвращении домой пришелец высказал желание перекусить, а Андрей, надеясь хоть на немного избавиться от такого гостя, отправился выносить мусор.

Но побыть одному ему не удалось. Опрокинув ведро, он взглянул на дом, – там творилось что-то странное. Свет то полностью потухал, то неожиданно ослепительно вспыхивал, то горел вполнакала.

Войдя в квартиру, Андрей понял, что может чему-то еще удивляться. Вместо строгого черного «дипломата» перед ним была какая-то бурая шевелящаяся масса, которая тщетно пыталась восстановить хотя бы прежнюю форму. Иногда ей это удавалось, но, продержавшись секунду или две, она вновь безнадежно расплывалась по полу. Признать в ней находку можно было только по голосу, причем совершенно пьяному:

– А-а-а, Андрюша, друг… Все тебе прощаю, хоть ты и низший… Иди-иди сюда, дай я тебя поцелую.

Андрей брезгливо отпрянул. Оказаться вместе с пьяным пришельцем – это было уже слишком. И главное – чем же он так нализался?

Лампочка вспыхнула в очередной раз, и портфель восхищенно крякнул. Дело, кажется, прояснялось.