Сага об орке. Некомандный игрок

Погодите! А я вам тогда кто? Забытая было за утро обида вновь напомнила о себе.

Меж тем на палубу легко запрыгнул новый боец. Я с подозрением пригляделся: Среднего роста, жилистый, и уже немолодой орк окинул палубу прищуренным взглядом.

– Я Ре?гин Гу?дрисон, – представился он Фритьефу, – как и говорил вашему форингу, пятнадцать лет ходил в походы, потом осел на земле. А сейчас дети выросли, жена умерла этой зимой. Что мне делать на земле, стареть?

Одет добротно, но без изысков. Разве что из-под левого рукава выглянул браслет белого металла с самоцветами, да на украшенном бронзовыми плашками поясе висит богатый скрамасакс.

– Сигмунд говорит ты стрелок?

– С луком управляюсь, – с достоинством кивнул Ре?гин, – правда с собой не захватил, на постоялом дворе лежит. Но если хочешь, могу сходить, покажу что умею.

– Потом, – отмахнулся Фритьеф, – сейчас занимай место. Пойдем за балластом сходим, да и парней погоняем. Дренгов у нас слишком много в команде, – с некоторым сожалением добавил он.

– Что ж, – согласился стрелок, – чтоб взять добычу иной раз и десятка опытных воинов хватит, а вот чтоб доплыть туда и вернуться обратно нужны гребцы… Где мое место будет?

– Вот рядом с ним, – рука ветерана вытянулась в мою сторону, – он тоже стрелок.

Нагруженный корабль осел в воду, так что для отхода от берега потребовалась целая процедура. Во-первых, все гребцы переместились максимально на корму, так что мне снова пришлось пересаживаться.

Во-вторых, на корму перебрались и Фритьеф с Сигмундом.

И в-третьих, четверо носовых гребцов вооружились шестами.

– И-и-и навались! – прокаркал кормчий.

Я вцепился в весло, стараясь попасть в ритм с Бьярни и Снором. Грести лицом вперед было непривычно. Приходилось не тянуть, а наваливаться на весло, толкая его от себя для гребка.

– И-раз!

Корабль вроде бы поддался, еще гребок и наш «Морской ворон» с протяжным звуком соскользнул с песчаного ложа.

– И-раз, и-раз, и-раз!

Послышался стук сталкивающихся весел, народ не выдерживал ритма.

– Суши весла! – прокаркал кормчий.

Весла замерли параллельно воде. Корабль, по инерции отходил от берега. Наконец, когда по мнению Кнуда мы отошли достаточно, его левая рука вытянулась в сторону Снора:

– Левый борт, табань!

Что еще за…? Не успев сообразить, я увидел, как Снор, без замаха на гребок опустил свое весло в воду. Я тут же повторил.