Общак

Запах гниения в этой половине квартиры был намного резче и тошнотворнее.

Зажимая одной рукой нижнюю половину лица, а второй отодвигая в стороны шторы мужчина зашёл в комнату. Под люстрой висел труп того, кого он искал. Скрюченное тело уже покрылось пятнами. Мухи облепили его словно петушок леденец, упавший на землю из рук ребёнка жарким летним днём. Под ногами покойника лежал перевёрнутый грубый стул, густо измазанный толстыми слоями голубой краски, какие наполняли большинство провинциальных училищ и техникумов на просторах России.

У стены напротив стоял высокий трельяж, выполненный в стандартизованных цехах коммунистических советов мастерами-работягами прошлого века. На столике у основания зеркал сидел чёрный большой ворон и внимательно следил за мужчиной, как будто давно ожидал его визита. В цепких лапах пернатого стражника золотым блеском переливался непонятный мелкий предмет. Это было то ли кольцо, то ли монета – мужчина не мог разобрать.

– Кыш! – замахнулся он на ворона, и птица тяжело поднялась вверх, расправив широкие крылья.

Переместившись на открытую в окне форточку, она продолжала следить за ним своими маленькими и ядовитыми глазками бусинками. Мужчина сделал 3 шага, подойдя к зеркалам вплотную, и разглядел золотую монету с выгравированной на ней обликом красавицы девушки. Мужчина взял её в руки и повернул другой стороной.

– «Копейка, кузнец Калита», – прочитал он вслух и вдруг дёрнулся, заметив в отражении зеркал силуэт женщины в чёрном платье, появившейся внезапно из-за висевшего трупа.

Мужчина резко обернулся, чуть не выронив монету из рук. За спиной никого не было. Труп продолжал одиноко свисать из-под потолка, наполняя комнату смрадом. Он снова посмотрел в зеркало – никакой женщины в отражении не было.

– Кар! – закричал что было мочи ворон, и это окончательно вывело мужчину из равновесия.

– А ну пошёл вон отсюда! – потеряв спокойствие, заорал он на птицу.

Но пернатая была не из пугливых, продолжая пристально наблюдать за ним.

– Третий день висит, – услышал он внезапно хриплый голос сзади.

Мужчина повернулся, пряча золотую монету в карман плаща, и увидел дряблую старуху, похожую на бабу ягу из сказок.

– Ты кто, бабушка?

– Соседка я, – ответила старуха, – водку ему носила, да Людку по вечерам приводила, – и она указала на железную кровать в углу комнаты. – А три дня назад зашла, а он родимый и болтается перед зеркалом.