Левиты и коэны

Над простыней виднелась взлохмаченная короткая шевелюра и темные глаза. Взгляд был хмурый.

– Кто звонил? – поинтересовались c порога.

– А вас действительно зовут Суламифь? – вопросом на вопрос ответил Борис, наливая кофе в две маленькие фарфоровые чашечки, явно китайского происхождения.

– Думаете, появился повод для знакомства? – не сдавалась оппонентка, слегка улыбнувшись.

– Это мой брат звонил… из Франции, – решил, наконец, раскрыть карты Борис, – Передавал вам привет. Сказал, что собирается в Штаты.

Придерживая простыню рукой, Суламифь переместилась от порога к столику и, присев боком на высокий табурет, пододвинула к себе кофейную чашечку.

– Ну, ладно – будем знакомы. Mеня действительно зовут Суламифь, – сказала девушка, пробуя горячий кофе, – Фамилия – Левицкая, я из общественной организации, с которой сотрудничает ваш брат… Он не сообщил, что ему в США понадобилось?

– Сообщил, – ответил Борис, – Семён хочет посетить Библиотеку Конгресса.

– Странно… Вся информация из библиотеки уже давно доступна по интернету.

Борис промолчал. Он понимал, что Суламифь права… действительно, вся информация о Библиотеке Конгресса выложена в Интернете, но брату он полностью доверял.

– Значит так надо, – помедлим Борис с ответом, – Всегда есть небольшие нюансы, которые сложно решить on-line… можно только в личном контакте.

Борис искоса взглянул на девушку. Та была так погружена в размышления, что не заметила, как простыня распахнулась, частично обнажив маленькую крепкую грудь с милой родинкой.

Борис смотрел на Суламифь и вдруг переместился на пару десятилетий назад. Он вспомнил институтскую дискотеку, где с интересом наблюдал, как зажигательно танцевала незнакомая девчонка, с короткой стрижкой а-ля Гаврош, даже внешне очень похожая на парнишку из парижского предместья.

Потом были бессонные ночи в маленькой комнатке в студенческом общежитии, две недели пьянительного счастья, и вдруг всё закончилось. Не объясняя причин, короткая записка от Аллы – “надо срочно уехать” – и пустота…

Родинка… у Алки была такая же родинка, и тоже на правой груди.

Очевидно, Суламифь что-то почувствовала.