Чужая луна

Несмотря на чрезвычайную занятость Менжинский несколько раз встречался с ним, подолгу беседовал и, поверив в него, предложил ему немного задержаться и поработать на ВЧК. Для этого Андрей должен был прибиться к отступающим белогвардейцам, прижиться среди них и стараться ничем не выделяться, не возбуждать к себе ничей интерес.

Менжинский знал: в этой эвакуационной неразберихе и сумятице солдаты легко переходили из одного воинского подразделения в другое, не вызывая никаких подозрений. Иногда это были беглецы из плена, но чаще всего после разгрома их воинских частей они приставали к первой встречной уцелевшой, и их тут же ставили на котловое довольствие, редко интересуясь, кто они и как здесь оказались.

У Андрея не стерлись из памяти эти несколько встреч с Менжинским. Он не сразу согласился на его предложение. Прошло слишком мало времени, и еще не затянулась рана на сердце от той смертельной (в прямом смысле) обиды, которую нанесли ему крымские чекисты – подчиненные Белы Куна и Розалии Землячки.

– Про Зотова я знаю, – сказал Лагода. – Только я так понимаю, он не один там такой был.

– Разбираемся. Все получат по заслугам, – пообещал Менжинский.

Лагода долго сидел молча, и по его лицу было видно, как он ворочает в голове тяжелые, как булыжники, мысли. Наконец он со вздохом подвел итог своим размышлениям:

– Я так понимаю, шо для меня война ще не кончилась, – и, не ожидая ответа, спросил: – И шо я там, у тех турков, делать буду?

– Будете нашими глазами и ушами во вражеском стане.

– Вроде шпиона? – скупо улыбнулся Андрей.

– Называйте это как вам больше нравится, суть не в слове, – ответил Менжинский. – Но нам надо, больше того – крайне необходимо, знать, что будет происходить с белогвардейской армией дальше? Останется ли она в Турции или передислоцируется куда-то в иное место? Разбредется по свету или сохранится как воинская единица? Наконец, что собирается предпринять Врангель в ближайшем будущем?

– Ну, это Врангель мне вряд ли доложит.

– Его намерения очень скоро перестанут быть тайной. Вы их узнаете в то же самое время, что и остальные солдаты, а при осторожности, желании и некотором ненавязчивом любопытстве – даже несколько раньше. А мы узнаем это от вас. И не только это. Время от времени вы будете сообщать нам все, что покажется вам заслуживающим нашего внимания.