Чужая луна

А там, чуть позже, он рассчитывал что-то придумать. В Константинополе уже возникло несколько благотворительных организаций, которые оказывали не только моральную, но и материальную поддержку военнослужащим, оказавшимся по тем или иным обстоятельствам в тяжелом финансовом положении. Ему не хотелось об этом думать, обращаться за вспомоществованием было для него унизительно. Он надеялся, что, продержавшись несколько дней, он найдет здесь своих сослуживцев – и все встанет на свои места.

Но это, конечно, не сегодня и, может быть, не завтра.

А что же сегодня? Тени от домов все больше наползали на дорогу. Близился вечер.

Нина подошла к нему и тихо спросила, как делала это всегда, когда хотела его подбодрить:

– Ваши действия, генерал?

– Не мешай, юнкер! Я думаю, – и, вспомнив, Слащёв полез в карман, протянул Нине несколько лир. – Отправь Пантелея, пусть купит Маруське молока.

– Яша! Его же надо вскипятить! – укоризненно сказала Нина.

– Маруська – генеральское дите.

Нина отошла.

Слащёв еще некоторое время размышлял, потом обратил внимание на стоящих на пятачке русских. Встретился взглядом с одним из них, у которого было злое калмыцкое лицо, жестом руки подозвал его.

Жихарев несколько развязно подошел, но вежливо поздоровался, сказал:

– Я давно заметил, у вас, господин генерал, какие-то затруднения?

– Ровным счетом, никаких! – тоном, каким хотят поставить человека на место или дают понять, что ему не следует интересоваться чужими делами, сказал Слащёв.

– В ста шагах отсюда один из лучших отелей Константинополя «Империал». Для меня он дорогой, а как для вас – не знаю.

– А без шуток?

– Понял, у вас затруднения с деньгами.

– Сегодня – да. Завтра у меня будет миллион! – высокомерно сказал Слащёв.

– Значит, будем исходить из вашей сегодняшней кредитоспособности? Что вы предпочитаете? Гостиницу? Особняк? Частную квартиру?

– Мне нужно жилище, где бы я мог жить с определенным комфортом.

– Под комфортом вы понимаете тишину, уют, уединение и ласкающий глаз пейзаж? – спросил Жихарев.

– Ты – сообразительный малый, – сказал Слащёв. – И где же такое райское место?

– Это в квартале Везнеджилер.

– Мне это ничего не говорит.

– Улица Де-Руни. Там хозяин, который долгое время жил в России и хорошо знает русский.