Копейка

– Ну как тебе кабина моего космического корабля? – попытался он пошутить.

Даша язвительно изогнула губы и брови.

– Это тебя твой друг надоумил говорить подобные вещи девушкам, которых ты сюда приводишь?

Повисла неловкая пауза, после чего и без того неуверенный в себе Павел ответил:

– Это шутка.

И он выдавил из себя примирительную улыбку. Но выглядел при этом как идиот в квадрате.

– Хорошая шутка, – скривила лицо Даша и показала рукой на широкую кровать с красными светильниками, прикреплёнными по бокам к стенке, – а это, я так понимаю, капсула, в которую нужно залезть, чтобы оба получили неземное удовольствие?

Павел окончательно почувствовал себя полным кретином.

– Да уж, – она подошла к нему и снисходительно похлопала по груди ладошкой, – твой друг просто гуру соблазнения. Может быть поставишь чаю, пока я отлучусь в ванную?

Павел словно курица закивал головой и метнулся к фарфоровому электрическому чайнику. Его руки дрожали. Он чувствовал страх, сковавший волю, и абсолютно не понимал, что теперь следовало делать.

Сквозь шум закипающей воды, он услышал, как Даша включила душ. Он затрясся ещё сильнее словно бы был девственником, которому впервые предстояло увидеть обнажённую девушку.

Сработала кнопка вскипевшего электроприбора, и дверь в ванную комнату отворилась. Даша стояла в проходе абсолютно голая, обёрнутая лишь в полотенце. На цыпочках она подошла к нему, выключив по пути свет в комнате, скинула на стул полотенце и увлекла его на кровать.

Оказавшись сверху, она медленно стала расстёгивать рубашку на его груди, попутно покрывая тёплую шею нежными поцелуями. Закончив с последней пуговицей на животе, она села, занявшись ремнём, стягивающим на талии его модные рваные джинсы. Видя дрожащие руки Павла, она взяла их и положила себе на грудь.

– Сожми их, – её голос был требовательным.

Павел начал судорожно мять молочные холмы её прелестных колокольных близняшек. Тем временем, она, вытянув ремень, обвила его вокруг шеи парня, немного передавив кадык так, чтобы он почувствовал лёгкое удушье.

Но щадить его никто не собирался: она сильнее натянула ремень, попутно запуская руку ему в трусы. Потихоньку Павел начал задыхаться. Он попытался ослабить удавку, просунув пальцы между ремнём и шеей, но Даша ещё крепче натянула орудие пытки, не оставляя ему никаких шансов на спасение.

Освободив на волю его возбуждённый орган, она словно опытная наездница оседлала его.