Последний

Пусть Меркил и его Психослужба работают, а он, просто фермер, волей случая выбранный встречать высокого гостя, наконец, сможет вернуться домой, к своим простым делам. Хотя Фагода подозревал, что случай здесь не причем – к этой встрече Меркил приложил усилия. Вот только зачем? Хотелось бы знать.

Паромобиль, предоставленный Службой Транспорта Города, развивал скорость до тридцати миль в час. Фагода гнал его по центральному проспекту города. Двигатель выдыхал пар и натужно гудел, словно умолял сбавить обороты.

Посол устроился на заднем диване и разглядывал город с таким видом, будто бы видел его впервые.

Указав пальцем на здание театра, Ламбе спросил:

– А вот его здесь, вроде бы не было.

– Совершенно верно. Он построен два года назад по проекту Маритоо, – произнес Фагода.

– Любопытно.

Что в этой новости гость увидел любопытного, фермер так и не понял. К счастью, вдали уже виднелся Наос Совета, а Ламбе больше ни о чем не спрашивал.

Позже, уже ближе к вечеру, когда закончилась встреча посла с Советом, Фагода встретился с братом.

Здесь, на балконе шестого этажа Наоса Совета, расположенного в самом центре Города, открывался величественный вид на всё когда-либо сотворенное человеком. Еще никогда обычный фермер не поднимался столь высоко. В первый раз, когда он посмотрел вниз, закружилась голова, но теперь Фагода привык и не обращал внимания на пространство в несколько этажей под ним. Теплый восточный ветер мягко дул, и он иногда закрывал глаза, чтобы насладиться его дыханием.

– Как прошла встреча? – спросил Фагода, глядя на предзакатное солнце.

Лучи слегка касались домов, растягивая длинные тени.

– Сложно сказать, – Меркил выглядел встревоженным.

– Я не пойму, зачем он вам понадобился. Разве нет более достойных людей? Признаться, пока я ехал сюда, думал о рокте и о дождях, но про посла в последнюю очередь…

Меркил улыбнулся и сказал:

– Так надо было.

– Объяснишь?

– Объясню, – брат выпрямился, расправляя затекшие плечи и, посмотрев по сторонам, продолжил. – Видишь ли, у нас было предположение, что посол не носит при себе никаких приборов, подавляющих проникновение в психосферу.

– Но, – удивился Фагода, – я же его не чувствовал. Он же не машина.

– Не машина, – кивнул ученый. – Он, конечно, человек, но ты верно заметил, что мы его не слышим. Мы хотели убедиться в этом.

– А причем здесь я? Щупали бы своими приборами. Зачем меня-то вызывать?

– Фагода, ты открытый человек, твои эмоции всегда бьют через край и видны.