Напарники. Сыщик

Зачем нам это надо? – он посмотрел на меня.

– Самуэль, вспомни, что-нибудь было странное? Для тебя лично.

Тот задумался.

– Джон, ты же знаешь. Обычно в таких случаях вызывают всех. И стараются взять преступника живым. А когда все вышли, я заметил, что зам вставил новую обойму в пистолет. Значит, он израсходовал все десять патронов. Остальные двое, кто был с ним, сделали только по выстрелу. Как-то странно. Хотя, с другой стороны, этот Роджер молодец. Сам пошел первым.

Мы задумались.

– Ладно, спасибо, – сказал я.

 – Но на вашем месте я бы сваливал из города, да так, чтобы никто не знал куда. По логике, вы – следующие.

– А это наше последнее дежурство, – вздохнул Самуэль. – Пусть комиссар думает, сколько хочет, но завтра я просто не выйду. И уеду куда подальше. И Глену советую то же самое.

Мы поблагодарили их, попрощались и поехали в офис.

– Вот это, конечно, очень странно, – начал я. – Молодец Самуэль. Ты сама подумай. В подвале только один преступник, и, конечно же, лучше его взять живым.

Но зам комиссара не ждет подкрепления, а сам опустошает всю обойму, и его пуля попадает на два миллиметра от сердца. По-моему, это явная стрельба на поражение. И он не оставляет его на месте, а сразу же вытаскивает из подвала, не дождавшись скорой помощи. Кстати, об опустошенной обойме нигде не говориться, ни в деле, ни в рапортах.

– Но он же первый вошел в подвал, и его могли сразу же и убить. – Сказала Кэт.

– Да, тут дело очень странное. Хотя, будучи карьеристом, как сказал комиссар, зам все делал правильно, но, конечно, рисковал жизнью.

– А снайпер? Ведь наша задача найти его?

– Я думаю, что ФБР уже заняли все позиции, откуда просматривается вход в дома и Самуэля, и Глена. Тут надо идти с другой стороны. Кто его заказал?

– Мафия, конечно.

– Она же и повесила Дженсона, – усмехнулся я.

– Значит, боялась, что тот может что-то выдать. Снайпера, например.

– Тогда выстрелов уже не будет? – поднял я голову.

– По идее, не должно.

Но назавтра, позвонил комиссар, и грустно сказал:

– Самуэля убили.

Ночью, прямо у него на кухне. А Глен сегодня не вышел.

– А разве его не охраняло ФБР?

– Да. Но только на входе и выходе из его здания. Ночью их не было. Выстрелили через его окно кухни, которое выходило на улицу. Меня вызывают в Управление. Так что, наверное, я с вами прощаюсь. – И он повесил трубку.

– Самуэль, – не верилось мне, – только вчера мы с ним сидели и разговаривали. – Мне было обидно до слез.