Напарники. Сыщик

Я назвал ее сумасшедшей, а она пригрозила мне, что выложит в полиции фотографии и саму расческу, на которой мои отпечатки. Я даже уже забыл про нее, не помнил, куда я ее тогда положил, но Эльза не забыла.

– Джек, сменила она гнев на милость, – давай последний раз. У нас в гостинице живет много одиноких девушек. Получим удовольствие оба. Не волнуйся, я все продумала, никакого риска. Так она добивала меня весь вечер.

Директор вытер пот со лба и сказал:

– Дурак я, надо было идти в полицию и все рассказать.

Но Эльза меня все-таки подбила. В понедельник, она мне сказала, что на восьмом этаже поселилась молодая девушка.

– Иди за мной, – сказала она, – все пройдет отлично.

У меня тряслись ноги, но я пошел. Мы заехали на восьмой этаж, было тихо. Эльза постучала в один номер и представилась горничной. Дверь открылась, и она вошла. Я услышал тупой звук, и тоже зашел. В руке у Эльзы была тяжелая металлическая пепельница. Девушка лежала на полу.

– Кладем ее на кровать и приступай, – сказал она.

Мы положили девушку на кровать, Эльза села полулежа в кресло напротив, запустив руку под юбку.

– Раздевай ее, и сам раздевайся. Тебя еще надо учить?

– Я начал раздевать ее, а потом разделся сам. Не знаю, как у меня получилось, но кончили мы оба. Эльза стонала, извивалась, сжимала ноги, и зажимала одной ладошкой себе рот. Девушка уже приходила в себя, и я быстренько слез с кровати. В это время Эльза затихла, а потом такое началось! Она как тигрица бросилась на девушку и такой же расческой тыркала со всей силы в ее тело.

 – Сука! Продажная тварь! Я тебе покажу, как совращать моего мужа.

Я еле удержал ее. Девушка явно была уже мертва. Эльза постепенно приходила в себя, а я просто сидел на кровати. Потом она встала и пошла в туалет мыть руки. Вернувшись, она открыла балкон, стащила труп с кровати и дотянула его до балкона. Я только видел, как она переваливала ее через перила.

– Уходим, сказала она, и выглянула за дверь. Мы тихонько вышли.

Уже в моем кабинете, Эльза просто переменилась, даже танцевала. Она целовала мне лицо, шею и руки. Несколько дней ее просто нельзя было узнать. Да, была полиция, целый день всех опрашивали.

Но в конце недели все пошло, как и в прошлый раз. Тогда уже я понял, что ее не остановишь. Она опять кричала на меня и шантажировала. Я старался объяснить ей, что нас накроют, что гостиница окончена, что я больше не могу. Мне казалось, что я ее уговорил.