Катастрофа

 – Эли посмотрела на его реакцию.

– Черт возьми, ты права. – Хмуро сказал Том. – Поди, угадай. Но как? Ни без дозы, ни с дозой нет никакой гарантии. Ни один из нас не умеет читать чужие мысли. Естественно, они заставят раздеться меня сразу же. Хоть в задницу засунь эту дозу, а по ситуации или достань ее, или оставь на месте. Извини за слово.

– Не извиняйся, просто не забывай, что такое доза. Это не лист, а сок, выдавленный из листа. Он не имеет запаха. И это все, что я о нем знаю. Лист ты можешь засунуть хоть туда, но не сок же.

– Запаха? – вдруг воспрянул Том. – А вкуса? Хотя какая разница. Эли я могу засунуть этот кусок листа под язык, на вид он поместиться, а если его согнуть, то еще легче. Незаметно разжевать его, а потом проглотить, для меня не составит никакого труда, будь он на вкус хоть чилийским перцем. В этом я уверен на все сто. – Том повеселел.

– Какая же ты у меня умница! – вдруг обняла его та. – Пусть ты ничего не умеешь делать руками, но голова у тебя то, что надо. Спасибо тебе, Господи.

– У тебя голова не хуже, – улыбнулся Том, – Я ведь тоже не додумался о твоей схеме. Эли, мы квиты и я готов идти хоть сейчас. Кстати, его можно согнуть?

Эли взяла лист, и попробовала, но сразу же положила его на пол.

– Нет, он вот-вот треснет, а тогда появятся капельки сока. Лучше засунь его себе в рот, и попробуй найти для него самое подходящее место. Только быстро, чтобы…. Так, на всякий случай.

Том поднял лист, потер его с двух сторон, и засунул себе в рот.

– Надеюсь, мне не придется никому ничего говорить, а тогда под языком для него идеальное место. Кстати, он безвкусен, не знаю как его сок.

Вскоре они уже вышли из вигвама и направились к костру. Дело подходило к раздаче мяса, но пока обезьяны кольцом окружили костер и ждали. Только через полчаса он поймал один кусок, и, подбрасывая его на ладонях, двинулся к девушке.

– Ешь, – сказал он, – я сегодня на диете. Даже воду пить не буду, чтобы не уменьшить концентрацию дозы. Мне же придется там, если что, выпить кокосовый сок.

– Да, – Эли была грустна. – Том, ты не представляешь, как я за тебя переживаю. Чертов шаман, без него мы уже были бы на условной свободе. Я не смогу заснуть в эту ночь ни на минуту. Об одном прошу тебя, как только ты проснешься, подойди к моей хижине и позови, если я не буду сидеть у входа.