Аланский треугольник. Мир космоса, галактик, кто их населяет и отношение к нашей Земле. Триллер

 – Я начал вспоминать еще валуны и камни, а Карл просто все запоминал, хотя, как потом оказалось, он держал в зажатой руке маленький кристалл, на который записывал все, что я говорю. Через полчаса я выдохся.

– Деревьев там нет, на поле, а лес вдалеке различить трудно, но он должен там быть. В остальном все заросло травой, а глядя противоположно лесу, тоже очень далеко, не видно ни гор, ни леса. Я думаю, что десятка камней вам хватит для проверки?

– Вполне. – Карл был серьезен. – Если все так, ты сделал открытие не только для этой планеты и созвездия, но и для галактики тоже.

Тони появился где-то, через полчаса.

– Вот тебе рассказ с ориентировками, полетишь сам в заповедник Поляна Богов, это недалеко, и проверишь до последнего валуна. – Он передал ему маленький кристалл. – Постарайся быстрее, дело важное.

Тот, молча, взял кристалл и вышел.

– Просто поразительно! – Карл взялся за голову, – что Создатель в какой-то момент выбрал это созвездие и эту планету. Выходит, ты Плеядец? – он покосился в мою сторону.

– Не знаю, в той терапии я считал себя с Альфа Центавры, ведь именно там я по-настоящему родился, имел родителей, жил в доме, потом работал и отправился на Землю на эксперимент. Это место на экране напоминает мне какой-то перевалочный пункт. Только поле и валуны. А кто же меня выкармливал? Не девочки же пятнадцати лет?

– Тебя мог кормить сам Создатель, и ты этого просто не замечал. Одна его энергия накормит всю нашу галактику. Может и перевалочный пункт, для того чтобы ты подрос, выучился со своим стариком учителем, а уж потом внедрить тебя в настоящее тело, то есть начать путь твоего уже сознательного рождения.

Мы еще долго разговаривали, более часа, когда в комнату вошел запыхавшийся Тони.

– Все соответствует, – сказал он с порога и оперся о стену. – Плюс-минус два-три шага.

– Спасибо, – вздохнул Карл и поднялся. – И тебе спасибо, Джон. Тони, идем, я все объясню тебе по пути, ты нам очень помог.

Я опять остался наедине, и единственной мыслью было то, что все во вчерашнем сне становилось правдой, а тем более такой самый давний момент моего появления на свет.

Я опять улегся, включив фильм. Да, у нас разнообразие растительности было гораздо больше. Было очень много деревьев, похожих на наши, а некоторые я даже узнавал, а так же и растений. – Странно, – думал я, – как это может получиться, ведь мы так далеки друг от друга.