Тараф

Лучше бы тебе рога наставил бандит.

– Делай как она сказала.

Валерий продолжал говорить по-молдавски:

– Переведи своему кретину, что я плевал на его пистолетик. Он что, стрелять, что ли, в меня будет? Напомни ему, что этот дом – милицейский. Соседи услышат выстрел или звуки драки, отреагируют. Тебе и ему огласка и скандал нужны? Повторяю, я в состоянии аффекта.

– Bufonul! – Елена по инерции крикнула на том же языке, на котором говорил Валерий, тут же поправилась: – Шут гороховый! Ты не мужчина! Олег, подожди…

Жена утащила «Фокса» в ту комнату, где они Валерию изменяли.

Минут через пять вышли. Говорил «Фокс».

– Ладно, малахольный. Она уйдет, ты только не самоубейся, ха-ха-ха.

Жена деловито собрала чемодан. Валерий видел, что забрала шкатулочку с семейными деньгами.

Черт с ней, пусть всё берет.

Пара пошла к выходу. «Фокс» нес тяжелый чемодан.

Возьми своё обручальное кольцо, скажи: «Эй, лови, мэй[20 - «Мэй!» – универсальное молдавское междометие, может означать что угодно, используется для привлечения внимания к говорящему.

После ухода Деметер полчаса неподвижно сидел в кресле. Думал о том, почему «это» произошло, думал о дочери и как жить дальше. Внутренний голос молчал, мысли Валерия не комментировал. Прокомментировал только предположение о том, что жена изменила из-за того, что Валерий ее не удовлетворял сексуально.

Это дело было регулярным, и ты точно не хуже других.

На кухне был накрыт стол на двоих (посуда не повседневная, а из сервиза), стояла минеральная вода «Сорока», нераспечатанная бутылка коньяка «Белый аист», выпускавшегося у них в городе.

Валерий их коньяк пить не хотел, открыл холодильник, вынул бутылку своего «Стругураша». Кто-то ему рассказывал, что на этикетке самой первой партии напитка честно написали: «Изготовлен из побочных продуктов винодельческого производства».

Сейчас самый подходящий момент – приколы о стругураше вспоминать. – Заткнись.

Валерий выпил граммов пятьдесят. Не полегчало. Но еще через пятьдесят – расслабился, даже развезло. Крепкий алкоголь он употреблял редко, особенно после ухода из полиции.

Пошел в спальню. Кровать, надо же, была аккуратно заправлена.