Член

И до ужаса как много мурчащих кисок желают увидеть и попробовать его увесистую подросшую сосиску.

– Так значит ты тоже мастер фотосъёмок? – спросил Саня Револьвер.

Геннадий Семёнович смущённо кивнул.

– А я мастер по стрельбе из увесистой пушки. Могу до шести раз за ночь. Поэтому и зовут меня Револьвер. Садись, не межуйся, наливай чаю.

Геннадий Семёнович присоединился к столу. Кроме Сани Револьвера и Семёна Геннадьевича, известного в клубе «Биг Дик» как Чокнутый Фотограф, в «Золотых Кисках» присутствовали: Романтик Валера, Абьюзер Богдан, Стася Стриптизёр и Алишер Кадиллак.

– Для начала тебе нужно сдать экзамен. Это, конечно, формальность, но таковы правила.

– Что за экзамен?

– Завести своего бурундука в норку.

И Семён Геннадьевич показал Геннадию Семёновичу на женщину за барной стойкой. Она была в возрасте, блондинка с широким бюстом и оттопыренной словно у бодибилдерши задницей. Её влажные от помады полные губы томно сосали трубочку карибского молочного коктейля «Пина колада».

– Тебе надо подойти к бару, завести с ней непринуждённую беседу, словно вы Чеховские герои окололюбовной лирики, после чего отвести в туалет и трахнуть в кабинке, которая придётся тебе по душе.

– Что?

– Не беспокойся, достаточно одного раза, необязательно шесть, – усмехнулся Саня Револьвер.

– Но как?

– Просто подойди к ней и скажи, что ты Гена Аллигатор. Я думаю, она уже заметила, как выпирают твои штаны. Для Милфы Лариски этого достаточно.

– Смелее мальчик, – сказал Алишер Кадиллак, – это твоё боевое крещение.

Геннадий Семёнович словно в тумане поднялся и под дружное улюлюканье членов клуба «Биг Дик» с дрожащими коленками поплёлся в сторону бара. Сердце его билось словно у молодого девственника, впервые оставшегося наедине с бывалой и бесцеремонной проституткой. Внимание всех посетителей «Золотых Кисок» было приковано к его застенчивой неопытной натуре. Белоснежная Биатрис облизнула губы, высокомерно стрельнув по нему взглядом, Даваллия Мариеза и её младшая сестра Дазифора засмеялись словно бы это был анекдот про оступившегося юнца, а темнокожая Брунелька не без интереса пялилась на его торчащий огурец, потряхивая мелкими густыми кудрями.

– Привет, – сказал он, подойдя к Милфе.

– Новенький? – спросила она.

– Да.

– Как звать?

– Генка Аллигатор.

Лариска опустила глаза на его ширинку и довольно закивала головой.

– Приличный крокодильчик. Ему там не тесно?

– Тесновато.

– Коктейль купишь?

– Конечно.