Слышащий сердце. 3

Поэтому на жратву гангстеры, откуда бы они ни были, никогда не скупятся – нет смысла самим себе портить жизнь.

И Евгений был точно уверен в одном: поест он здесь лучше, чем в любом ресторане, а дальше как повезёт. За обедом все были заняты разносолами и водкой, заполняя паузы между пиратскими тостами рассказами и байками, тем более что их за три года накопилось достаточно. Наконец со стола убрали, оставив только графин с водкой, стопки и чёрную икру.

– Ну-с, поговорим о деле? – начал главный разговор Шут.

 – Вы там, во Франции, разве не чувствовали, как обчество за вас переживает? Мы прям не ожидали, что Эстет такой толстокожий. Да, Крематорий?

– А как же ностальгия по России? – саркастически поинтересовался Денис Иванович.

Евгений, догадываясь, куда клонят авторитеты, решил перевести разговор с жаргонного на цивильный лад. Он не стал употреблять клички, а обратился подчёркнуто вежливо, по имени-отчеству.

– Константин Фёдорович, Денис Иванович… (После паузы.) Юра, три года не срок, чтобы заскучать.

Дело новое. Заграница как минное поле… И письмо вам не напишешь со всеми подробностями. Если проблема только в отсутствии информации, то я здесь для того, чтобы дать вам полный отчёт. Ведь доверие между нами осталось, так? Три года. И не такие сроки мотали раздельно, наверное!

Евгений наклонился к кожаному портфелю и достал из него пачку документов.

– Прямо как тома уголовного дела! – пошутил Крематорий.

– Осталось приговор заслушать! – вторил ему Шут.

– Не всё так мрачно. Вот смотрите, – Евгений эффектно, веером, словно колоду карт, разбросал бумаги на столе. – Здесь выписка из банка в Люксембурге. Счёт номерной, секретный. Кредитные карты, тоже номерные, лежат там же в ячейке. Ваши ключи, – Евгений аккуратно пододвинул их ближе к авторитетам.

Люстра удачно блеснула своим хрусталём в жёлтом металле.

– Чё, неужели золотые? – удивился Крематорий.

– Эстет, сука, во всём эстет! Знает, как подъехать! – вполне дружелюбно прокомментировал Шут.

– Оригинальные банковские, – Евгений раскрыл ладонь. – Запасные из никеля я себе оставлю как консильери.

– Ты, Женечка, что-то про банковскую выписку говорил, – Шут ловко выдернул из кучи бумаг нужную. – Сколько-сколько здесь?! Крематорий, посмотри! У меня от волнения аж очки запотели!

– Всю братву тамбовскую можно уложить в мавзолей из уральского малахита рядом с Лениным! Казанских рядком – вдоль Кремлёвской стены.