Исповедь кочегара

Отступив сантиметров десять, Кай снова приставил отвёртку к поверхности спуска, трижды ударил, и перед тем как вытащить отвёртку, хорошенько ею расковырял отверстие. Теперь пришёл черёд битого стекла. Кай достал из кармана один осколок и вставил его самым острым концом вверх. Отверстие оказалось слишком большим, и осколок болтался в своей лунке, но это ничуть не тревожило Кая. И таким же способом парнишка усеял горку всем, что было в карманах, а именно гвоздями, саморезами и битым стеклом. Всё! Основная работа была окончена.

Практически вся поверхность горки, не считая верхней трети спуска, стала смертельно опасной. Кай умышленно оставил этот отрезок пустым, чтобы дать негодяю возможность как следует разогнаться перед наказанием. Теперь остался последний штрих. Кай быстро вскарабкался на верхушку, взял баклажку с водой и в потёмках полез обратно вниз.

– Хоть бы самому сейчас не поскользнуться и не ощутить свои же приготовления на собственной шкуре, – подумал про себя

Кай, спускаясь по склону на полусогнутых.

Достигнув низа, Кай принялся практически вслепую нащупывать отверстия и задавать гвоздям и саморезам правильный прямой угол в 90 градусов, забивая дырочки снегом и заливая их водой. Острые осколки оказались в положении параллельно спуску, а не поперек. Задумка была в том, чтобы когда цель приближалась к осколку, то она

скользила по нему, словно по лезвию ножа, и разрезала одежду. Было бы идеально, если бы осколок достал ещё и до самой плоти жертвы.

Если осколок вставить поперёк спуска, то спускаемый объект своей массой тела просто обломает его и урон от сломанного осколка будет минимальным.

Так Кай настроил на нужный угол каждый гвоздь и осколок, который смог нащупать уже в полной тьме. Руки юного инженера окончательно окоченели. Парень вылез наверх и вылил остаток воды на отрезок спуска, который остался не нашпигованным гвоздями и битым стеклом, чтобы обеспечить ускорение при разгоне.

Всё! Дело сделано.

Теперь пора отправляться домой и понести заслуженную трёпку от бабушки.

***

Кая весь вечер вычитывали за то, что он не явился домой до наступления темноты. За это его наказали, запретив гулять целую неделю. Но сегодня был день расплаты, и Кай просто не смел его пропустить.

Встав рано утром, он тихонько оделся, шёпотом попросил у спящей бабушки прощения и, захватив целлофан пухлика, отправился в сторону адского спуска. Было довольно рано.