Город последней надежды

Наконец смельчак вылез через окно, крепко схватился за веревку и быстро соскользнул вниз с таким звуком, будто бы перчатки вот-вот загорятся, но нет, даже не задымились, только нагрелись от сильного трения. Скользя стремительно вниз и приближаясь к концу веревки, который повис где-то между третьим и вторым этажами девятиэтажного дома, храбрец снова вцепился своими крепкими руками в тонкий канат с целью замедлить свое снижение, но скорость движения вниз была довольно высокая, и он едва не сорвался, но в последний момент перед падением все-таки сумел остановиться.

– Придется прыгать.

И прыгнул. Летел отчаянный человек недолго и даже во время полета не кричал, но приземление было довольно жестким, после которого осталась небольшая впадина в земле, смягчившая удар. Упав, Александр вскрикнул:

– А, моя задница!

Приземлился он сначала на ноги, после чего весь удар приняла на себя пятая точка. Было неприятно, но к огромному везению счастливчика.

Вдруг он услышал какое-то шуршание листьев, будто кто-то специально ими шелестит. Наш герой посмотрел в сторону, откуда исходил звук, и увидел такое, что никогда раньше и представить не мог. Окровавленное тело с оторванной или отгрызанной рукой, сильно хромая, двигалось в его направлении. Нижняя челюсть у вселяющего одновременно и ужас, и омерзение существа отсутствовала, тело, когда-то имевшее живой человеческий цвет, обрело серый оттенок.

– Что это? – шокированным голосом произнес мужчина.

Это был один из инфицированных, который, издавая бессмысленные и примитивные звуки, ковылял в его направлении.

– Черт, наверное, услышал мое падение, – подумал парень.

Недолго думая мужчина вскочил и со всех ног побежал в сторону невысокого забора, который стоял в нескольких метрах от него. Как только Александр вскочил и побежал, в странную особь словно вселились новые силы, и она тоже побежала за своей добычей.

– Наверное, при прыжке упал неудачно, – подумал он и продолжил бежать, не сбавляя темп.

Забор становился все ближе, но и странные звуки, исходившие от твари, становились слышны всё четче. Александр не на шутку перепугался. Это был страх не жертвы, это был страх потери.