«Хроники мертвых городов»

Вспыхнувший фонарик осветил небольшую комнату.

Над нами снова прогремел взрыв, я, зажмурившись, обхватила дочку, опустившись на корточки. Когда загорелся свет, по комнате пронёсся вздох облегчения. Нас восемь человек, все напуганные и благодарящие спасителя в белой униформе. Мы плакали и боялись, что началась война. Не слушая споры, кто способен совершить наглое нападение на Америку, я пыталась успокоить Кэрри. Осмотревшись, увидела, что помимо одного помещения здесь есть кладовка, две комнаты и душевая. Шум голосов походил на гул пчелиного роя.

– Разницы нет, кто начал атаку! – выкрикнула я, пытаясь заглушить голоса спасшихся людей. – Мы уцелели, и, когда всё уляжется, необходимо связаться с кем-то на поверхности.

– Она говорит дело, – кивнул парень в очках и в джинсовой рубашке. – Если это бомбоубежище, здесь должен быть передатчик для связи.

– Взгляни, – мотнул в сторону стены с полками высокий парень в униформе санитара. – Я бывал тут раньше. Приёмник древний, сомневаюсь, что он работает. Но, если попробовать… Как там тебя?

– Кайл, – ответил молодой человек в очках.

– Я Грэмм.

Приёмник не работал. Кайл разобрал его, пытаясь понять причину поломки. Сетовал, что нет под рукой оборудования, чтобы проверить конденсаторы. Что-то крутил, собрав снова, оповестил нас, что толку от радиопередатчика нет.

Прошло несколько часов, мы всё прислушивались, что происходит за дверью. Грэмм запретил выходить на поверхность.

– Там может быть опасно, и лучше некоторое время отсидеться здесь.

Припасы и вода есть, и топлива достаточно на несколько месяцев, – санитар мотнул головой в сторону пыхтящего генератора.

Я заплакала, вспомнив, что мама осталась в лечебнице. Сердце разрывалось от переживаний. Хрупкая надежда, что она жива, цеплялась, словно человек, повисший над пропастью. Я хваталась за мысли, что, возможно, маме удалось укрыться, и она спаслась. Обняв Кэрри, я поёжилась. Холодно.

Дни тянулись медленно, как будто время замерло и здесь в убежище у него свои законы.

В подвале психиатрической лечебницы трое мужчин, четыре женщины и Кэрри – напуганные, усталые, измученные. После нападения мы ни разу не выходили наружу. Хотя Кайл спорил с Грэммом, что опасность может настигнуть нас и в убежище.

Что происходит в стенах клиники, где умалишённые стали свободными, где безнаказанность и жестокость установили новые законы, неизвестно. В первые дни после атаки я понимала, что за дверью кто-то ходит. Мы подходили к выходу и прислушивались.