Как закалялась любовь

– А я вчера вообразил, что у них там, в Америке, станок сломался, а запчастей нет. Доллары печатать не на чем, – короткий фальшивомонетчик захихикал. – Так они к нам с тобой обратились за помощью. Прикинь.

– Почему запчастей-то нет? – сутулый в недоумении пожал плечами.

– Ломается часто.

– Чье производство?

– Так, образно, я мечтал, – короткий подошел к окну и уперся наметившимся животиком в подоконник. – Все же жизнь удалась. У нас свой бизнес. Сегодня ждем постоянного клиента. Жизнь удалась.

– Все это хорошо, Жора, а как повяжут? – высокий замер в ожидании ответа.

– Еврик, сколько раз тебе говорить? Я Грин, а ты Еврик.

– Так нет никого.

– И у стен есть уши. Понял?

– Окей, Грин.

– Не повяжут. Все оборудование и готовые доллары мы уничтожим за считанные секунды, – он обернулся к Еврику. – Сколько можно об этом говорить?

– Да ладно, ладно, – сутулый согласно пожал плечами, окинул деловым взглядом комнату и вышел в коридор.

Трое мужчин медленно подходили к дому номер тридцать один со стороны соседнего двора.

Прошло сорок минут с момента, как они покинули метро и направились к указанному дому через тихие дворы, залитые теплыми лучами весеннего солнца.

Выйдя из метро, они повернули налево, в сторону от людского потока. Если бы они пошли прямо, то уже через двенадцать минут оказались бы на месте. Но они не пошли прямо. Вероятно, они не искали в жизни прямых путей. Они шли медленно. Мужчина в возрасте, одетый в черные одежды, ушел в себя, в свои мысли и не проявлял интереса к окружающей обстановке.

Двое его спутников, наоборот, очень активно крутили головами по сторонам. Впереди шагал рыжий человек невысокого роста в полосатой ветровке, замыкал процессию, наоборот, высокий, худой, в клетчатом пиджаке и очках, в которых одно стекло дало трещину.

На все и всех они бросали настороженные взгляды.

Не переставая оценивать обстановку, они наконец-то приблизились к нужному дому и остановились у его боковой стены. За углом находился двор и нужный подъезд.

Мужчина в черном взглянул на дорогие наручные часы.

– Пора, – произнес он, и все трое резко обернулись.

К ним приближался нетвердой походкой мужчина невысокого роста, полноватый, с пышными усами, торчащими в разные стороны. Они смотрели на него несколько секунд, а затем как по команде отвернулись и двинулись за угол дома, сощурив глаза от яркого солнца.

Теплый весенний ветерок развивал волосы и будоражил сердце и без того неспокойное.