Мужик и нефть. Басни

Решил попробовать их в деле,

Дать им простор,

Но те, кто возле власти руки грели,

Тревожно загудели,

Как некий хор:

«Что ж нам, от праведных излишка

Теперь пропасть?

Они придут во власть —

Нам крышка».

И мутная преступная волна

Пошла по списку.

Большому риску

Достойные подверглись имена.

Тот будто бы в случайной перепалке

Смертельный получил ушиб,

Тот на охоте вдруг погиб,

А этот сгинул на рыбалке.

И начались аварии машин,

Сердечные припадки,

И праведник скончался не один

От непонятной лихорадки.

Когда же вовсе начали стрелять,

Сам Государь сказал сердито:

«Пусть остается нынешняя знать,

Не будем праведников подставлять,

Безвестность – им защита».

– — —

Коль список праведников я найду,

Подальше спрячу от худого сброда.

Они – сокровище народа.

Сокровища хранят не на виду.

БОГАЧ И БОЛОТО

Богач лопатой греб рубли.

Построить дачу всё была охота,

И хоть свободной не было земли,

Ему за взятку отвели

Большой кусок Болота.

И вот Богач, усевшись в мерседес,

Приехал на Болото, в лес.

Лесной рассеяв полумрак,

Захлюпало Болото, закряхтело

И Богачу сказало так:

«Худое ты задумал дело.

Ты хочешь осушить меня,

Но станет лес сухим, как порох.

Вот-вот сгорит от первого огня,

Опасен каждый шорох.

Пожар лесной – угроза для людей,

Оставь в покое лес-то,

А даче будущей своей

Найди другое место».

Богач привык рубить сплеча

И не менял привычки.

Болото осушил, пропала мошкара,

Пришла свирепая жара,

И лес сгорел от первой спички,

А с ним и дача Богача.

– — —

Того, кто действует нахрапом,

Могу советом одолжить:

Не жди, пока дадут по лапам,

И не учи природу жить.

ХОЗЯИН И ГОСТЬ

В одном селе рабочих рук не стало,

Вся молодежь сбежала в города.

И чтобы не было развала,

Село южан позвало

Для общего труда.

Чужой язык, чужие нравы

Южане привезли,

Трудились тяжело, не для забавы

От родины вдали.

Но вот кружок свирепый подобрался

Из прибывших верзил.

Один особенно старался,

Ругался и грозил.

На общей сходке, в полном зале

Потребовал герой,

Чтобы крестьянки лица закрывали

Чадрой.

Мол, и мужчин переоденем,

Аллах велик,

А там отменим

И русский ваш язык.

Село узнало вкус обновок,

Кинжалов и ножей.

Настало время потасовок

И грабежей.