Звезды сделаны из нас

Ляпин принюхивается:

– По ходу, ладан.

– Ты правда ладан куришь? – хрипло смеется Румянцева.

– Я курю фимиам.

– А это что такое?

– Типа ладана, только круче.

– Дрянь какую-то курит, – морщится Титов. – Табачище дешевый. Небось отечественный.

– Погодите, – останавливает их Журкин. – Я, кажется, доходчиво сказал ему отваливать. Или он нарочно нарывается?

– Послушай, – тороплюсь сказать я, потому что сигарета от глубоких затяжек почти истлела, а перемена скоро закончится, – я хожу, куда хочу.

Ясно? И ты или кто-то еще мне не указ.

– Это он без Макарова борзеть начал, – подтявкивает Титов.

– Именно! – Журкин бьет мне по руке с телефоном. – Ты нарочно пришел, да? Позлорадствовать насчет Сашки?

Я убираю телефон в карман, достаю еще одну сигарету, снова картинно прикуриваю и ухмыляюсь.

Мне уже совсем дурно, в голове плывет, а желудок сопротивляется интоксикации.

– Я пришел нарочно, – признаю я. – И теперь буду приходить всегда. Чтобы каждый раз, глядя на меня, вы вспоминали Макарова.

И то, как он оступился. И как был наказан. Чтобы смотрели и помнили, что за все в жизни нужно расплачиваться. Быть может, не сию секунду и не громом среди ясного неба, а всего лишь мокрым асфальтом или фонарным столбом. Бог все видит, пацаны, и вы у него уже не на хорошем счету.

Лицо Журкина вытягивается, Титов бледнеет, на губах Румянцевой блуждает недоверчивая, но испуганная улыбочка.

– Хочешь, чтобы мы связали его смерть с тобой? – Она косится на мальчишек.

– От вас я ничего не хочу. Просто сказал, и все. Дальше решайте сами.

В школе звенит звонок, ашки и десятиклассники сваливают, а наши замирают в непонятках.

Судя по всему, их пробрало. Они вроде и наехать хотят, но теперь уже не знают, стоит ли.

На этой фееричной ноте я горделиво вскидываю подбородок, разворачиваюсь с одной лишь мыслью – поскорее добежать до туалета, но после первого же шага организм, придя в движение, больше не в состоянии сдерживаться.

Ноги подгибаются, и меня позорно тошнит прямо на глазах у всей макаровской шоблы.

Глава 10. Нелли

«Ну-ну. Если не возражаешь, спрашивать, как ты собираешься это делать, я не стану, но с нетерпением буду ждать отчета. Можно даже фото или видео».

Сообщение улетает, однако остается непрочитанным. Облокотившись на стол, гипнотизирую взглядом телефон и жду ответа, но Глеб вдруг выходит из Сети. Экран гаснет. Становится тоскливо и холодно.