Всё зеленое

Сказала, что отдыхать едет, потому что лета у нее не было. А мама только обрадовалась. У нас всегда так: меньше народа – больше кислорода.

– Что за пацаны?

– Говорю же – без понятия. Потом в инсте гляну. А вам чего?

– Дело есть одно, – Лёха заговорщицки приблизился к ней. – Тебе полезное. Я сам придумал. Не благодари.

Он просил, чтобы разговаривал я, но на деле и слова не дал вставить.

Выложил все-все, со всеми подробностями.

Почему-то я был уверен, что Нина нас пошлет, но возможность помириться с Ярославом действительно ее заинтересовала, к тому же ей хотелось поскорее вернуть Зою, чтобы не ее одну мама гоняла по магазинам и припрягала на даче.

Мы помогли ей закинуть сумку и бананы домой и вместе отправились к Трифонову.

Увидев нас с Ниной, Тифон, мягко сказать, офигел.

Как распахнул дверь, так и застыл с отвисшей челюстью.

– Трифонов, оденься, – с порога приказала ему Нина. – Мне надо с тобой поговорить.

– А что, я раздет?

– Ты в трусах.

– И что?

– Все, все, он сейчас оденется, – Лёха принялся отпихивать Тифона, пропуская Нину в квартиру.

– Я у себя дома, алле, – заупрямился тот. – Пусть так говорит.

– Так ты меня смущаешь.

– Вообще обнаглела? Ты чего ее привел? – накинулся Тиф на Лёху.

К счастью, к этому времени проснулся Дятел, и, пока он разгонял общее напряжение бурными восторгами и радовался встрече с Ниной, Тифон все же соизволил сходить и надеть штаны.

– Ой, Нина, привет! Ты такая загорелая! – затараторил Дятел.

Нина восприняла данное известие, как и восторги, более чем сдержанно. Она была из тех, кто безбожно хейтит и презирает таких, как Дятел. Но теперь он находился под нашей опекой, поэтому ей оставалось лишь кивать.

Предвидя, что Ване ничего не стоит своей беспечной болтовней с легкостью разрушить даже самую гениальную стратегию, я отвел его в комнату и попросил не высовываться.

И, как только лирические вступления закончились, Лёха, торопливо форсируя события, перешел к воплощению плана:

– Мы вот шли из магаза, Нину встретили.

– Сигареты гони, – Тифон протянул ладонь.

Это был первый Лёхин прокол, но он быстро нашелся:

– Нам без паспорта не продали. Тетка тупая попалась. Я ей говорю, мне уже восемнадцать и месяц, а она не верит.