Галопом по Европам

А когда из юрты девушек раздался рев двух мужчин, не заставших свою жертву, караульный уже знал, куда бежать.

Смысла скрываться уже не было. Девушки неслись к ближайшим кустам, вне себя от ужаса, а сзади их нагонял здоровенный нукер.

Слишком большие сапоги сыграли свою коварную роль: сначала Лю, а потом и Лейла, уже давно потерявшая свой походный узелок, запнулись и упали.

Караульный, протянувший свою лапу к Лейле, так ничего не успел понять. От ближайшего дерева отделилась тень, и несказанно удивленный вояка растянулся на земле, повстречавшись с острым мечом.

А Лейла и Лю оказались в чьих-то сильных, но негрубых руках.

***

– Девки! Ей-же-ей! Девки! Ядвига, ты видишь? Думали, что дети, а оказались девки! Косищи какие!

– Да, неожиданный улов у тебя, Кощейка. Все бы тебе на косы девичьи смотреть, охальник!

Так, Черныш, наблюдай-ка, что там происходит в лагере?

– Мр-р-р, бегают! И караульного уже нашли. Гадают, мр-р-р, кто его так мог приложить!

– Придушил ты девчонок, что ли, Кощей?

– Скажешь тоже! Я вообще думал, что это дети.

– Пожалуй.

Девушки очнулись почти одновременно. И у обеих первая реакция была – бежать.

– Но-но, стойте, девоньки. Сапоги потеряете! Нашли же кошмар какой-то на свои нежные ножки! Кощей, посади их на диван.

– Если девчонка китаянка, может, с ней поговорить получится. Черныш, тащи переводчика. Сейчас включим на режим перевода.

Девушки сидели на диване, дрожа от страха и не понимая, где находятся. Они с удивлением поглядывали по сторонам, поскольку никогда прежде не видели таких странных людей и такие дома. Не было похоже на то, что их сейчас будут обижать, но страшно было безмерно. Слишком много натерпелись за сегодня.

– Девушка, ты меня понимаешь? – Лю вздрогнула, услышав речь, похожую на свою. Не все было понятно, но, в целом, смысл сказанного был ясен.

Она кивнула.

– Ты кто?

– Лю

– Лю – это имя?

– Да.

– А вторая девушка кто?

– Моя хозяйка Лейла.

Контакт был установлен. Не очень легко, но стороны друг друга понимали.

Девушки, видя, что их не собираются ругать или обижать, потихоньку успокаивались. Но тут домовой Веник решил по законам гостеприимства накормить гостей.

Перед людьми домовые обычно не проявляются. Поэтому перед ошеломленными девушками из ниоткуда на столе появился легкий ужин. Кажется, девушки повторно собрались в обморок.