Галопом по Европам

Значит, надо сделать все, чтобы именно сегодня побег удался.

Ближе к вечеру показались немного отставшие от общего войска многочисленные кибитки, телеги и отары овец, которых сопровождали рабы богатых начальников. Рахим поговорил с грузным монголом, который распоряжался этим обозом, а затем двинулся к видневшемуся вдали военному лагерю. На подъезде к лагерю его несколько раз окликали, и Рахим переговаривал с часовыми. Наконец подъехали к большой юрте.

К Рахиму тут же подскочил явно знакомый монгол в черном походном халате.

Он его поприветствовал и повел в юрту. Девушки оставались на верблюде, ожидая, когда охрана соберет их привычное маленькое походное жилище.

– Ну, что, Лю. Видно, мы прибыли. Боюсь, что в этой юрте находится мой господин.

Лейла изо всех сил зажмурилась и долго, раскачиваясь, сидела в своей корзине. Потом распахнула печальные глазки: нет, ничего не изменилось, ничего не исчезло. Все тот же военный лагерь и юрта человека, которого называют ее господином.

Когда девушки уже оказались внутри своей юрты, Лейла схватила Лю за руку и зашептала:

– Сегодня! Иначе я убью и его, и себя!

***

Уже почти стемнело, когда в затихающем лагере появились новые лица. В сопровождении вооруженных воинов в лагерь медленно и важно зашел караван из двух верблюдов, нескольких кибиток и трех десятков конников.

Быстро поставили два шатра. В один из шатров направились два человека, которые сидели на одном верблюде.

Даже по сравнению с невысокими воинами, эти две фигуры казались совсем небольшими.

Один из мужчин гортанно раздавал команды, затем отправился в тот шатер, который Яга и Кощей посчитали шатром командира. Скоро туда потянулись рабы, несущие корзины, котлы, бурдюки, мешки и мешочки. Там явно намечался пир. Приехал, скорее всего, друг начальника.

Еще долго от спящего лагеря доносились хриплый смех пировавших мужчин.

Костры еле тлели, было темно. Казалось, что уже ничего не случится. Даже Ядвига и Кощей решили выпить успокаивающий сбитень и укладываться спать.

Но кот Черныш, благополучно проспавший весь день, решил поучаствовать в наблюдении. Он удобно разлегся на подоконнике окна, выходящего в сторону военного лагеря. И уже через несколько минут раздалось довольное:

– Кто смеялся мр-р-р, что я все проспал? Мр-р-р. Все только начинается.