Давайте пойдём вместе… Роман

И этот ряд «шипов», как их часто называли в анатомических учебниках, начинающиеся чуть выше лба и тянущиеся в ряд до кончика сильного хвоста.

Именно такое существо сейчас стояло перед господином Лайонелом, который с гордостью улыбался, смотря на это создание.

– Здравствуйте, отец, – поклонилось существо.

– Здравствуй-здравствуй, сынок, как же вовремя ты пришёл, – с радостью подойдя обнял своего сына учёный. – Давай, подойди сюда.

Они вместе подошли к ряду установок и к тому устройству, в котором сейчас жил первый сын учёного, сын образу и подобный ему.

– Что это отец?

– Не что, а кто, сынок. Это твой младший брат, он скоро вырастит и родится, вы будете вместе.

– И он будет тоже меня любить? Мы будем вместе учиться, играть, познавать?

– Конечно.

– Нас будет уже трое…

– Да, мы будем жить все вместе, втроём, как самая лучшая семья в мире, – приобняв сына говорил учёный.

– Отец, обещаю вам, что я буду любить своего младшего брата всем сердцем, где бы я ни был, в какой бы ситуации не оказался, я обязательно приду ему на помощь, хоть на край света! – восторженно заявил сын.

Господин Лайонел посмотрел на своего сына и заметив этот взгляд, эту отвагу, эту преданность и чистоту, академик улыбнулся…

И вот спустя 12 лет, академик стоял на том же месте, где была начала история Малика. Но погружённый в свои мысли он даже не заметил, как прошёл через коридоры, комнаты и вышел в центральный зал. Он вспомнил, как после рождения мальчика они играли в шахматы и расставил их на столе.

Тут его потока его мыслей прервал скрип дверей. Тем временем Малик дойдя до площадки, повернул налево.

Арка с белой окантовкой вела в этот большой зал над большой дверью. В середине этого зала стоял тёмный стол, к нему прилагались белые кресла, у широких окон стоял камин с подставкой для кочерги, на нём стоял бюст и нефритовая шкатулка. Потолок был выполнен с искусной резьбой и рисунком в виде колеса, спицы были покрыты сусальным золотом, прямо в центре, раскрывались лепестки и тянулась люстра.

Сбоку от входа располагался шкаф и антресоль. Ковёр дополнял картину уюта. Две двери вели в разные комнаты. Одна, что скрыта за высокой пальмой, вела в общий читальный зал, а другая в общую библиотеку, хотя и обе комнаты сами по себе имели проход меж собой. В общей библиотеке можно уединиться от всего внешнего мира.