Регул

Если вы раздеты, значит так надо! Что за привычка у вас, людей, беспокоиться по мелочам, пропуская самое важное? – упрекнул меня третий из мужчин, который все это время хранил молчание. Так сказать, лава в вулкане конспиративными методами сгущалась и в самый непредсказуемый момент разверзлась безудержным потоком.

– Прошу прощения, но неужели вас самих не отвлекает моя грудь? Вы сможете нам спокойно повествовать что-то, не обращая внимания?

– Нас давно такие вещи не прельщают. Поверьте, даже эти яблоки нас намного сильнее интересуют, чем женское тело, – сказал один из «местных».

– Вас-то ладно! А эти двое? Они явно не вашей закалки… Неужели нельзя дать чего-нибудь сверху, – я жалобно приподняла брови и округлила глаза. В земной жизни этот маневр всегда действовал в мою сторону.

– Что-нибудь сверху? Держите! – второй мужчина в коричневом подал мне кусочек синей ткани.

– Спасибо, но это мне даже на руку не налезет.

– Зато вполне сойдет за кляп, если вы сейчас же не замолчите, – сказал он, и я поняла, что пора смириться.

Я убрала руки и облокотилась на стол, выпятив грудь так, чтобы это смутило новичка-мужчину, а я хоть на грамм смогла оказаться правой.

Новичок-мужчина, покраснев, устремил свой взгляд на людей в коричневом. Я осталась довольной. Правда через минуту устыдилась своему поведению и села нормально.

– Полагаю, что мы можем начать, – сказал один старец. —Сперва должен сказать, что вы здесь не случайно. Догадываюсь, сколько вопросов сейчас у вас, —я постараюсь ответить на главные, остальное – дело времени.

Первое: вы не умерли, и вы не в раю. Но вы и не живы в обычном смысле этого слова. И все это не плод вашего воображения, – он обвел нас взглядом. Глаза его были очень выразительны. Он говорил не ртом и языком. Он говорил и глазами, и головой, и всей своей сущностью. Слова, вылетавшие из его уст, стройными рядами укладывались в нашей памяти, и забыть сказанное этим человеком (или существом) было уже невозможно.

– Вы здесь целиком и полностью. Вашим телом и сознанием. Но со временем вы будете меняться. Изменится и структура вашего тела, и ваше восприятие самих себя, мира, смысла жизни, главного – всего. Вы уже не будете людьми. Вы будете также нуждаться в пище, но и пища изменится. Вам будет хотеться спать, но и под сном мы понимаем несколько другое, чем люди. В целом – потребности не уйдут, а изменятся, выйдут на новый уровень.

Второе: у вас особая миссия.