Я заберу твой Дар. Долг

Даже в глазах начало темнеть от того, что ощущали мои пальцы. Я, словно жаждущий воды путник в раскаленной пустыне, приник к нежной шее, где бешено билась голубая венка. Аромат Ариадны обволакивал меня, заставлял раствориться. Мягкие волосы скользнули по моему плечу, когда она повернула голову.

– Рэйгар… – тяжело выдохнула Ариадна, коснувшись щеки теплым дыханием.

От звука ее голоса, от своего имени, слетевшего с этих желанных уст, я совершенно потерял голову. Резко развернул свою лимгару и едва ли не грубо впился в полные губы, сминая их, терзая.

Разговор? Я всерьез собирался с ней разговаривать? После почти трехлетней разлуки, когда каждый проклятый день думал только о ней? Очевидно, я совсем обезумел.

Кровать. Здесь была кровать. Стискивая драгоценное тело и мучая мягкие губы, я слепо толкал Ариадну в сторону постели, желая скорее оказаться в ней не только своим языком. Раздался грохот. Что-то разбилось. Кажется, мы куда-то врезались. Но я не понял этого. Ариадна так крепко вжималась в меня, запутывая тонкие пальцы в моих волосах, отвечала таким диким поцелуем, что разум рассыпался стеклянным бисером.

Она жарко выдохнула, сбившись в и без того рваном дыхании, когда мы запнулись и упали на кровать. Одним движением я сорвал с нее кружевную ткань, обнажая налившуюся грудь с острыми горошинами сосков. Голод. Настолько безумный плотский голод доселе был мне не знаком. Кровь пульсировала с такой силой, что казалось дрожал мир вокруг. А рот наполнялся слюной, будто Ариадна и правда являлась самым редким деликатесом на пиру у страшно оголодавшего бродяги.

Я так сильно желал ее, что боялся закончить, даже не войдя. И лимгара усиливала это ощущение. Она так яро отвечала мне, что рассудок начал мутиться. Гладкие ноги уверенно обхватили меня за торс, с силой притягивая к гибкому телу. До боли напряженный член вжался в бедро Ариадны, так что она нетерпеливо застонала, царапнув мне спину. Штаны мешали. Мешала голубая полоска ткани на моей лимгаре. Проклятые тряпки… Жар Ариадны сводил с ума.

Я рванул завязки на штанах и рывком стащил их, тут же уперевшись в шероховато-гладкое кружево. Попытался стащить его с шелковых бедер лимгары, но крайхров материал перекручивался, грозя порваться. Терпения на дрянной кусок тряпки не было, поэтому пришлось просто сдвинуть его в сторону.

– Рэйгар… – со стоном выдохнула Ариадна, когда я ворвался в нее, такую влажную и горячую.

Зверь возликовал. Наконец-то! Моя лимгара.