Я заберу твой Дар. Долг

Но он словно насмехался надо мной, жужжа, как обожравшийся ленивый жук! Добил меня проехавший мимо балиец на таком же скутере.

– Да едь ты быстрее, ржавая кастрюля!! – заорала я на спидометр.

Ехать быстрее он, конечно же, не стал. Я едва не поседела, пока добралась до дома. Бросив скутер в кусты, на всех парах полетела в соседний коричневый домишко нашего соседа Кусума. Дружбу мы не водили, но благодаря его любознательному сыну друг друга знали, и время от времени перебрасывались корявыми английскими фразами.

Перемахнув через живую низкую оградку и затоптав какие-то растения в небольшом разбитом возле окон огороде, я обогнула угол и выскочила к подъездной расквашенной дождем дороге. Там, возле грязного старого седана, меня уже ждала мама с Рэей на руках, а за рулем сидел сонный Кусума.

– Быстро! Быстро садись! – крикнула я Латоне, подбегая к машине и резко открывая дверь. Запрыгнув в салон, спешно перешла на английский: – Привет, Кусума. Спасибо, что согласился помочь.

– Не за что, – улыбнулся белозубым щербатым ртом сосед.

– Да-да! Умоляю, быстрее! – громче, чем нужно, ответила я, когда мама с дочкой уселись рядом.

Успеем ли мы? И есть ли вообще в этом толк?

Глава 4

Кусума гнал свою старенькую машиненку, будто на него открыли охоту. От зелено-коричневых, почти черных мазков за стеклом меня начало укачивать. Я то и дело поворачивалась, пытаясь разглядеть в темноте змеившейся за нами дороги движущуюся точку. Понимала, что даже если там будет бежать стадо коров, при всем желании не увижу, но всё равно вертелась, как волчок.

Что вообще произошло? Почему нет преследования? Неужели я убила Рэйгара? О, господи! Я убила Рэйгара!?.. Да нет. Не может этого быть. Вряд ли его можно убить пулей в ногу. А если я повредила артерию или вену? Вдруг он истек кровью и умер? Как еще объяснить то, что мы до сих пор едем, а его не видно на горизонте?

Мне стало настолько нехорошо, что пришлось дышать ртом. Пытаясь успокоиться, посмотрела на дочь.

Рэя спала на руках у мамы. Только сейчас я обратила внимание, что она одета в теплую кофту, из-под которой выглядывала плотная футболка, джинсы и кроссовки.

– Ты зачем ее так навздевала? – нервно прошептала я.

Латона покрепче обняла внучку, после чего растерянно посмотрела на меня.

– Это не я, – выгнула она свои изящные брови, чуть наклонившись ко мне. – Она сама.