Четыре сына. Игры со временем

А все иллиры покинули наш мир…

– Не все! – громко произнес Кронус.

Нелюди тут же прекратили дискутировать и повернули головы на тройку Правителей.

– О чем ты говоришь, Кронус? – позабыв даже о видимости вежливости, задал вопрос сахран грагелей.

Дамаск сразу отметил, как изменился Бурлон. Вот он сидел весь такой расслабленный и надменный, а тут раз! вся спесь слетела, будто пух под порывом ветра. Вейланы же настолько сильно начали мерцать, что практически перестали быть видимыми. Они склонили полупрозрачные головы друг к другу и начали тихо переговариваться на своем языке.

– В том же Къюнгонде, оказывается, находилась одна из Светлых, и Темные знают о ней. Не так ли, савит Айдан? – осуждающе спросил глава Карающих Кронус.

Ноздри короля Фостэйна гневно раздулись, он раздраженно потер щетину на щеке, после чего резко бросил:

– Да, савит Кронус, находилась.

Ропот в стеклянном зале поднялся со всех концов стола.

– Этого не может быть… – грагель непонимающе склонил голову набок, рассматривая синеглазого короля и наморщив лоб там, где у людей находятся брови.

– Где она? – перекрикивая поднявшуюся среди магов панику, спросил вейлан Милвишан.

– Тишина! – громом разразился голос Бонифация.

Как только шум улегся в ватную тишину, Айдан ответил:

– Она сбежала.

– Как выглядела Светлая? – спросил второй вейлан.

На челюсти короля Фостэйна ходуном заходили желваки.

– У нее светлые волосы и сине-зеленые глаза…

– Это не иллир! – чуть не подпрыгнув, воскликнул грагель.

– Кто произвел ее на свет? – не обращая внимания на серолицего, продолжил Милвишан допрос.

– Насколько мне известно, отец – маг, а мать обычная женщина.

– Известно ли вам, когда пришло дитя в наш мир?

– Точной даты не знаю, известен лишь месяц рождения и год.

– Каков же? – нетерпеливо подогнал Милвишан.

– 3023 год, последний месяц длинных ночей.

Король Фостэйна вновь потерял интерес для вейланов, и они яро начали обсуждения полушепотом.

– Господа вейланы! – прервал их Архимаг. – Не поделитесь ли вы с нами?

– Это иллир, савит Бонифаций, – переглянувшись со своим собратом, ответил Милвишан. – Быть может, кровь в жилах нечиста, но Сила в нем иллира.

– Благодарим Вас, Милвишан, – кивком отвесил «реверанс» Бонифаций. – Вы подтвердили наши догадки. А теперь непосредственно то, для чего мы здесь собрались.