Витой Посох. Время пришло

– Ну… среди народа, где я жил, ходили сплетни о том, что я сын какого-то духа, но напрямую мне никто и никогда об этом не говорил, даже шаман.

– Вот видишь, люди догадались быстрее, чем ты сам!

– Но я не похож ни на одного из виденных мной полудухов, а их на моей родине встречалось немало. – Молодой человек сжал зубы, вспомнив прежде всего о нехсаре. Народ возлагал на Ириона большие надежды в борьбе с этим отродьем злых духов, а юноша исчез и даже не может понять, где находится тот мир, из которого он попал сюда.

– Мало ли чего ты не видел… – заметила Леала. – Ты можешь иметь отношение к духам озера, возле которого вырос.

– Дух озера, Отец озера, – пробормотал Ирион.

– Что? – переспросила жена.

– В наших краях много легенд и поверий связано с Отцом озера Онг, возле которого я жил. Все убеждены, что он помогал и помогает людям. Правда, когда я уже повзрослел, то узнал, что с некоторых пор Отец озера почти перестал откликаться на призывы, но это только слухи.

Леала закусила губу – как объяснить мужу, что многие странные события, случившиеся с ним здесь, наверняка связаны с его родословной?

– Пойми, – продолжила она после длинной паузы, – ты больше не-человек, чем человек. Для меня это не имеет никого значения, я полюбила тебя таким. Но это очень важно для того, чтобы понять, почему с тобой происходят странные события, и сообразить, что надо делать дальше.

Девушка поперхнулась, поняв, что произнесла сейчас. Ей показалось, что последние фразы пришли к ней сами собой неизвестно откуда. Ирион смотрел на Леалу расширившимися глазами; кажется, он тоже осознал сказанное.

– Ты – дальний родственник Матери Моря, если можно судить об этом по человеческим меркам.

Они надолго замолчали, обдумывая сказанное.

– Она звала меня, а я не понял… – прошептал Ирион почти беззвучно.

Почему-то он представил Морскую Мать, о которой, в отличие от дочери болот, слышал немало рассказов, в образе той самой сказительницы со светлыми волосами и изумрудными глазами. Вокруг нее стелился туман, как и сейчас над болотами, и не было понятно, где заканчивается земля и начинается небо.