Вечер черных звезд

 – А почему ты сейчас про это сказала?

– Скрипач, если с вами обоими это и случилось, то не в этой жизни – точно, – справедливо заметила Даша. – Обычно память в новой инкарнации не сохраняется. Странно, что ты помнишь.

– Даш, так я до фига всего помню!.. Про то, что он умер, а я на него обиделся – тоже помню. Очень сильно обиделся. И блок этот, который в Сети сгорел, и мозги, которые вы исправили, – это все именно из-за этой обиды. Только я не помню, кому именно я мстил – ему или себе. Скорее всего обоим.

– А свалка? Когда ты к ним в катер залез, ты… Если я правильно понимаю, ты был там, по сути дела, счастлив.

– Свалка, говоришь? – Скрипач прищурился. – Ну да. Я был счастлив. Как бывают счастливы умственно неполноценные. Счастлив, как дебил. Как имбецил. Как идиот.

– При чем тут эти заболевания? – удивилась Даша.

– При том, что я сам себя искалечил, чтобы стать вот таким… счастливым. А потом, когда Ита увидел… Даш, ты не поверишь, но я же все помню. Все! Даже то, что чувствовал и видел, когда блок работал.

И мысли свои помню, и ощущения. Ну, так вот, когда я его увидел – я же от счастья охренел! Я ж к нему подойти боялся, дотронуться – чтобы только не спугнуть, чтобы не прогнал.

– И он не прогнал, – улыбнулась Даша. – Наоборот. В том, как он тебя отстаивает и как за тебя волнуется, – что-то аномальное.

– Ага, – согласился Скрипач. – И сейчас вот тоже… Ключ, который он не дал снять. На вас орал. Вот ты рассказала про гермо, но мне кажется, что это тут вообще ни при чем.

Может, что-то от рауф в нас и есть, но мы все-таки люди.

– Мне тоже так кажется.

– Даш, ты только не говори им всем про Марию, а? – попросил Скрипач. – Хорошо? Потому что, с одной стороны, рассказать бы надо, но мне почему-то не хочется этого делать. По крайней мере пока.

– Не буду, – пообещала целительница. – Скрипач, а тебе не кажется, что содержимое флакончика после окончания нашей эпопеи надо вернуть? Не годится делать такие вещи. Совсем не годится.

– Вернуть? Наверное, – он призадумался.

 – Но если бы я этого не сделал тогда, она бы уничтожила станцию. Я не понимал, что делаю. Понимал, что надо сделать вот так, а потом вот этак, и мы освободимся…

– Так, все, – решительно сказала Даша. – Отдыхай, ты уже белый весь. Сейчас я подправлю схему, и ляжешь.

– Даш, можно я тут пока что? – просяще посмотрел на нее Скрипач. – Ита дождаться хочу.

– Ладно, – сдалась целительница. Пододвинула стул к креслу, села рядом, взяла Скрипача за руку.