Стоя на краю неба

То есть образцово вел себя Брид, который, похоже, решил взять над Мотыльком шефство – как только они очутились в одной сумке, тут же подтащил бедолагу к себе, помог лечь поудобнее и рассерженно воззрился на опешившую от такой прыти Джессику. Куда собралась, мол? Не видишь, человеку нужно выспаться нормально, а тебе что, снова надо куда-то бежать? Совести у тебя нету.

– Дома спать будете, – возразила Джессика. Брид сердито глянул на нее. – Слушай, мы же не можем остаться в пансионе, правда?

Брид удрученно отвел взгляд.

…Дома Джессика первым делом выпустила их обоих из сумки, уложила Мотылька и позволила Бриду сесть рядом – сторожить. Вытащила из шкафа часть вещей Брида, стала перебирать.

– Так… где-то тут была пижама твоя… одолжишь ему на первое время? Эй, Брид, чего молчишь?

«Зимняя, – тут же пришел ответ. – Мерзнет, дай зимнюю».

Джессика потрогала Мотылька за руку. Действительно, холодная. Замерз, пока ехали. Придется греть, и одной пижамой тут не обойдешься. Мотылек, как справедливо рассудила она, не был приучен ни к контакту, ни к смене внешних температур – поэтому свою, в отличие от того же Брида, держать не умел.

Она переодела Мотылька, а потом осторожно взяла его на руки и стала рассматривать. Сапфировые глаза выглядели сейчас почти черными, лицо ровным счетом ничего не выражало, тело стало удивительно податливым и безвольным – Мотылек спал. Не выпуская его из рук, Джессика снова полезла в шкаф, вытащила грелку, положила на кровать, включила на среднюю мощность.

– Он тебе нравится, да? – шепотом спросила она.

«Второй, – пришел ответ. – Хорошо. Это очень хорошо. Можно нам потом чай?» Образ яркий, настоящая картинка – его любимая зеленая чашка и три больших кубика сахара. Брид очень ловко извлекал из чая весь сахар. Джессика пробовала предлагать ему сахар в чистом виде, но это Бриду почему-то не подходило.

Джессика удивилась – чай Брид просил обычно только зимой, в самый холод. А сейчас лето, и если он чего и просит, то уж точно не чай. Чаще всего – или красное пиво, до которого большой охотник, или холодную воду.

«Чай», – повторил Брид, снова кинув ей образ своей чашки.

– Ну ладно, ладно, хорошо, – ответила она.