Лунное стекло

Женщина все еще негодовала, ворчала, но уже себе под нос – развелось, мол, алкоголиков, житья никакого нет, и как их пускают, мразь такую, в общественный транспорт?

Водитель, пожилой и флегматичный, молча вел машину и в конфликт не вмешивался – Ит мысленно сказал ему за это спасибо. Спать хотелось неимоверно, и он решил хоть сколько покемарить. Ведь домой сразу не получится, надо будет заехать на рынок, закупить продуктов, не откладывая на завтра. Не Берте же тащить больше сорока кило жратвы?.. То-то и оно.

Правая рука до сих пор побаливала. Он потер перетянутое напульсником запястье, потом вытащил из нагрудного кармана тюбик с гелем, намазал обожженную руку, с трудом просунув палец под повязку. Геля мало, лучше на ночь оставить, а то разболится рука ночью, и что делать будешь? Или Ромка придет… так, а сувенир обещанный для Ромки где?

«Красная пуля» отыскалась в нагрудном кармане ветровки. Ит облегченно вздохнул и убрал ее обратно. Эту пулю Ромка просил с лета, но они с лета не получали назначений на сбор и пулю, разумеется, подобрать было негде.

А вот позавчера группа как раз вышла в портал, и рыжий успел в перерыве между поиском и погрузкой эту самую пулю подобрать.

Ромка обрадуется. Поговаривают, что эти пули – «счастливые», их делают без положенной начинки, и тот, кого такой ранят, считается везучим. Потому что, в отличие от черных, они оставляют шанс. Выжить. «Черная пуля» – почти в ста процентах случаев смерть. «Красная» – отверстие можно затянуть за трое суток.

Такое вот везение.

Чушь и бред, конечно.

В голову тебя ранят этой штукой – ага, большое везение. И замечательный шанс: жить пустым телом, без мозгов.

Какая же это все-таки мерзость. Все.

И как я вообще принимал в этой мерзости участие, и где была моя голова, и… миксер мне в глаз, как любит говорить рыжий, за то, что я делал раньше. Делал, говорил… Да, точно. Миксер в глаз и дрыном по рукам.

Но как же хочется спать…

* * *

На рынке было почти пусто, и на покупки потребовалось вдвое меньше времени, чем обычно, – он быстро пробежался по рядам, порадовал продавцов хорошими заказами.

Десять кило говядины, желательно с ножек, которая годится на тушенку, десять кило баранины; по три кило орехов, кураги, чернослива; шестнадцать банок сгущенки, именно банок, не пакетов, не доверял он пакетам; два литра меда, хорошего, липового (уж кто-кто, а он запросто отличал патоку и настоящий мед), и двадцать плиток темного шоколада.