Лунное стекло

 – Действительно, одуванчик… Слушай, а я их раньше не видел.

– Наверное, новенькая, – пожала плечами Джессика. – Интересно, в чей класс? Ей лет восемь-девять.

– Может, и в наш, – Ри заозирался. – Рома! Ром, иди сюда немедленно, где тебя носит!

– Пап, я сейчас! – откликнулся сын откуда-то сбоку. – Я уже иду!

– «Уже иду» было три минуты назад! – рассердился Ри. – Ну что за безобразие!

– Я уже тут, – Ромка протолкался к ним поближе. – Мам, отдай рюкзак.

– Цветы возьми, негодяй… рюкзак ему…

…После уроков Ромка позвонил Джессике и сказал, что задержится – отпросился погулять.

Та согласилась. Погода стояла хорошая, а Ромка, по его словам, дальше двора никуда идти не собирался. У Джессики на первое сентября был взят выходной, да еще и вечером должны были прилететь из Москвы Фэб с Киром (всей семьей у них в этот раз приехать не получалось, работа), поэтому Джессика принялась готовить стол к празднику – ради Ромки они уже третий год отмечали День знаний.

Через пару часов дверь в квартиру открылась, и Джессика поняла, что сын вернулся. Так и оказалось, но… сын вернулся не один. Рядом с ним, к вящему удивлению Джессики, стояла та самая девочка-одуванчик, на которую она и Ри обратили внимание утром.

– Мама, познакомься, это Настя, – представил девочку воспитанный Рома. – Мы решили, что будем дружить. Ты не против?

– Здравствуй, Настя, – Джессика улыбнулась. – А твоя мама не будет против того, чтобы ты дружила с мальчиком?

– Здравствуйте, – спокойно ответила девочка.

 – Нет, не будет. Она, как только увидела ваш «Рендж Ровер», тут же разрешила.

Джессика слегка поперхнулась, но вовремя сориентировалась.

– Ей так понравилась наша машина? – спросила она.

– Ей понравилось, что у вас много денег, – невозмутимо пояснила девочка. – А вас тетя Женя зовут, да?

Джессика кивнула. Тут, «для всех», они использовали схожие имена – Джессику почти все называли Евгенией или Женей, а Ри – Игорем.

– Да, – Джессика кивнула.

– Теть Жень, вы не обращайте внимания на маму, – попросила девочка. – Она дура. Жадная. Она добрая, – тут же поправила Настя сама себя, – но дура.

– Не надо так говорить про маму, – попросила Джессика. – Это нехорошо.

– Нехорошо, зато правда, – Настя отвела глаза. – Я вас просто предупреждаю. А то вы потом удивляться будете.

– Не думаю, что меня можно этим сильно удивить, – хмыкнула Джессика.