День Черных Звезд

 – И ни из тех, и ни из этих. Ладно, Ри, пошли. Надо двигаться. Сначала потихоньку, потом разойдусь, наверное. Скрипач, бери банку, и пойдем. Давай, давай, милый. Ничего, я сам встану, со мной уже все нормально.

…Сквозь туман, стоящий на дне лощины, пробивалось робкое осеннее солнце. Три человека шли, стараясь поменьше смотреть под ноги, и молчали. Каждый думал о чем-то своем, но делиться мыслями не хотел – порой лучше смолчать, чем произнести что-то, что не имеет пока четких очертаний, а лишь видится, смутно и зыбко, как этот туман.

Лучше молчать, чтобы не спугнуть начинающий рождаться ответ.

Превращение

По тридцать километров в день. Вдвое больше, чем предполагалось изначально. Под проливным дождем. По земле, искалеченной бесконечной чужой войной. Чувствуя, как тают и без того невеликие силы, без еды, без теплой одежды. Может быть, если бы не погода и не изувеченная земля, они проходили бы больше. Но в таких условиях и тридцать километров давались с огромным трудом.

Помня о защите, поставленной искином, они шли, особо не скрываясь – сейчас отследить их можно было только визуально, но, по заверениям того же искина, в радиусе пятидесяти километров не было никого живого.

– Придут они по наши души, придут, – мрачно говорил Ри, когда вечером второго дня они расположились на отдых в сырой, заросшей кустами лощине. – Вопрос только – когда?

– Скорее всего, завтра, – Ит устал настолько, что даже говорить было трудно. Стараясь не подвести остальных, он шел, стараясь не отставать, но создание матриц отняло огромное количество сил, и сейчас ему приходилось даже хуже, чем Скрипачу, у которого снова разболелась нога.

Однако вида он не подавал и шел, стараясь не отставать от Ри.

Сырные корки, которые Ит собрал перед тем, как они отправились в путь, давно кончились. Впрочем, о еде они почти не думали, некогда было. К счастью, и Ри, и Ит были приучены жить более чем скромно, и оба оказались неплохо тренированы – Ри признался, что занятия спортом были у них обязательной дисциплиной для всех без исключения, а Ит в ответ рассказал, что у него дома считалось зазорным спать больше пяти часов кряду, а бегать его отец приучил с малолетства.

Для Скрипача, привыкшего к нелегкой жизни на свалке, и погода, и отсутствие еды тоже были явно не в новинку, по сути дела, его беспокоила только больная нога, а так – практически все устраивало. Конечно же, они устали, но понимание того, что может произойти, если они не дойдут, придавало новые силы.