Черный кузнец

Как позже выяснилось, это была резиденция архонта, выгоревшая дотла. А сам Сергий нашелся на центральной площади города, где обычно проводили казни. Старик в роскошных одеяниях плашмя лежал на мостовой, его рука перед смертью что-то начертала в пыли, но от написанных слов осталось только: «…ый ку…».

– Это что еще за «ый ку»?.. – растерянно спросил неизвестно у кого мэтр Зигберт.

Кевин в душе заходился хохотом. Он-то, в отличие от остальных, сразу понял, что хотел сообщить покойный архонт. Черный Кузнец! Теперь ошибки быть уже не могло, следы присутствия божественной сущности ощущались на площади настолько сильно, что капитана едва не трясло – его небольшие магические способности хоть однажды, но сыграли свою роль.

Остальные риханесбургцы ничего не почувствовали – магии ни в одном из них не было и капли. Интересно, поймут они что-нибудь или нет?

– Не трогайте тело! – остановил сунувшегося было к трупу Петера Схольма мэтр Зигберт. – Заразиться хотите?!

– Н-нет, м-мэтр… – проблеял тот, шарахаясь в сторону.

– Он что-то хотел нам сообщить, знал, что кто-то обязательно приедет в Камнерад, желая выяснить, что тут произошло, – задумчиво сказал старый ученый, потирая щеку. – Жаль, надпись почти не сохранилась…

– Жаль, – согласился с ним отец Себастьян, представитель Святой Церкви в посольстве, высокий худой монах аскетичного вида. – Но вы не обратили внимание вот еще на что. На помосте кого-то казнили. Сжигали заживо. А так казнят только колдунов, сами знаете. Но казнь не завершилась, что-то случилось, что-то ей помешало – огонь внезапно распространился на весь помост и сжег палача со стражниками.

Скорее всего, именно то, что в этом повинно, убило и отца Сергия, и всех людей в городе…

Действительно, остатки помоста казней выглядели довольно странно – в центре высился почти сгоревший столб с порванными цепями, их кто-то порвал, как гнилые нитки. И, похоже, порвал тот, кто был прикован к этому столбу. На остатках досок помоста лежали несколько обугленных скелетов.

По их позам становилось ясно, что люди сгорели заживо. И очень быстро, почти мгновенно. Вывод можно было сделать только один – сжигаемый на костре приговоренный сделал что-то такое, что огонь внезапно охватил весь помост и превратил в пепел всех, кто там находился. А затем колдун порвал цепи, вышел из костра и убил всех вокруг. Или не убил, но сделал так, что они умерли сами.

Именно к таким выводам пришли через пару часов яростных споров ученые мужи и святые отцы.